Первая леди города, или Между двух берегов

– Все, я уезжаю. – Чмокнув подругу в лоб, ведьма испарилась."

"– От нее с ума сойти можно, если долго общаться! – выдохнула Марина, накрываясь простыней.

Розан не обманул и собрал толпу журналистов прямо в палате, куда все еле вместились со своим оборудованием. Марина даже слегка растерялась от такого внимания к своей персоне – не очень-то жаловала ее пишущая и снимающая братия. Но сюжет был настолько привлекательным и сенсационным, что все ухватились за возможность дать в свои издания горячий материал из жизни ментов и бандитов. Коваль полусидела в постели, демонстративно выложив поверх одеяла загипсованную кисть руки и слегка приоткрыв вырез халата так, чтобы был виден корсет. Волосы ее были забраны в хвост на затылке, макияж умело наложен, чтобы не скрыть ни единого синяка на лице, но подчеркнуть красивые синие глаза. Журналисты какое-то время разглядывали ее, потом, точно вспомнив, зачем были приглашены сюда, приступили к работе. Вопросы сыпались со всех сторон, Марина спокойно отвечала, все время чувствуя на себе пристальный и обеспокоенный взгляд Хохла, стоящего за спиной журналистов, – ему идея Розана не казалась столь блестящей, и он справедливо опасался реакции со стороны милицейского начальства. Когда все вопросы иссякли и журналисты, прощаясь и желая Марине скорейшего выздоровления, потянулись к дверям, от общей группы отделился высокий, красивый мужчина лет шестидесяти и подошел к кровати:

– Вы позволите поговорить с вами еще пару минут?

– Мне кажется, я все рассказала, больше добавить нечего, к сожалению, – откликнулась она, беря сигарету из протянутой Хохлом пачки.

Вид этого человека смутно напоминал что-то, возникло ощущение, что Марина уже видела мужчину раньше, но где – вспомнить не могла.

– У меня есть несколько вопросов, которые я не задал, – настаивал мужчина, и Коваль сдалась:

– Спрашивайте.

– А не мог бы я попросить вашего охранника оставить нас на некоторое время?

– Это еще зачем? – грозно спросил Хохол, прищурив глаза.

– Я понимаю, но… О, если вы боитесь, что я причиню вред вашей хозяйке, то обыщите меня, – догадался журналист и встал со стула, поднимая руки. Женька придирчиво ощупал его с ног до головы и посмотрел на Марину:

– Сама решай.

– Выйди, – кивнула она.

– Я за дверью, – бросил Хохол, выходя из палаты.

Они остались вдвоем, журналист разглядывал полулежащую перед ним женщину очень внимательно, словно изучал что-то в лице, глазах, и Марине стало не по себе:

– Что-то не так?

– Простите, отвлекся, – извинился он и приступил к вопросам: – Я специализируюсь на журналистских расследованиях, и меня заинтересовала эта тема. Вы не могли бы поподробнее рассказать о себе?

– Это-то при чем? – не поняла она.