Первая леди города, или Между двух берегов

Хохол принес-таки чашку кофе, попытался поднести ее к Марининым губам, но она не стала пить. Так прошел весь день, Коваль лежала в постели и изучала штукатурку, Хохол носился вокруг, время от времени привлекая Дашу к процессу. Приехавший к вечеру Розан присоединился к общему маразму, правда, тоже безрезультатно.

– Узнаю, кто звонил и что сказал, – урою, на хрен! – процедил Хохол, садясь на край постели и угрюмо глядя на Розана.

– Так посмотри телефон! Неужели не додумался, беспонтовый? – покачал головой Серега, и Хохол стукнул себя кулаком по лбу.

– В натуре, баран! – Он взял валяющуюся на тумбочке трубку и защелкал кнопками. – Сука, так и знал – хрен этот!

– Какой?

– Да есть тут один, – процедил Хохол, и лицо его стало страшным, искаженным злобой и ненавистью. – Розан, ты выйди пока, мне позвонить надо…

– Пойду Ветку за задницу пощупаю, – ухмыльнулся Серега, вставая и направляясь к двери.

Хохол закрыл дверь и набрал номер.

– Алло, Малыш? Сюда слушай, мажор гребаный! Если еще раз ты вспомнишь этот номер или вдруг вспомнишь, что у тебя есть жена… вспомни и то, что здесь есть еще и я, а ты с этого момента мой враг. И ты помнишь, что я делал со своими врагами, да? А за Коваль я тебя пополам порву, сука! Что?! Да ты… ты… иди ты на…, урод забугорный! – С этими словами Хохол изо всех сил хлопнул трубку об пол, и она разлетелась вдребезги. – Тварь, мажор хренов!

– Заткнись! – четко и твердо произнесла Марина, и он вздрогнул от неожиданности и повернулся к ней.

– Киска моя, очнулась?

– Я сказала – заткнись! Больше никогда не смей так разговаривать с моим мужем.

– Не понял… – растерянно заморгал Хохол.

– Я повторю. Но только потому, что ты мне не чужой. Больше – никогда – не смей – так – разговаривать – с моим – мужем! – отчеканила Коваль, вставая с постели и надевая халат.

– Я сделаю так, как ты скажешь, – покорно отозвался Хохол. – Идем вниз, там Розан приехал…

– Гони его! – приказала она, закуривая сигарету. – Ну?!

Хохол побежал вниз, там послышались голоса, потом хлопнула входная дверь, и во дворе взревел мотор розановского «Чероки». Марина передумала выходить в халате, переоделась в джинсы и водолазку, подобрала в хвост на затылке волосы…

Вернувшийся Хохол застал ее в прежнем состоянии – в полной боевой, так сказать, готовности.

– Поехали, по городу прокатимся, поглядим, как и что, – не глядя на него, велела Коваль, доставая из гардеробной короткую кожаную куртку и высокие замшевые сапоги без каблуков.

– Сейчас Юрке скажу…

– Я не просила говорить что-то Юрке, я сказала – поехали, прокатимся, ведь так?

– Сама поедешь?

– Очко играет? – насмешливо поинтересовалась она, хватая со стола сигареты и ключи. – Можешь оставаться дома.