Дворянская кровь 3. Партизан

Главнокомандующий повернул голову ко мне, и оглядев с ног до головы, произнес:

— Так вот значит ты каков, беспамятный? Наслышан о твоих похождениях. Появился непонятно откуда, женился на самой красивой в стране женщине, французов сна лишил, да ещё и маршала захватил в плен.

— Маршала не я. Князь постарался. — Тут же ответил я и кивнул в сторону соратника.

Кутузов легкомысленно махнул рукой и ответил:

— Неважно. Отряд создали вы, значит, и виноваты тоже вы.

Прикольная постановка вопроса. Ставить в вину подобное — это уметь надо.

Дальнейший разговор проходил в спокойной, почти дружеской обстановке, пока не зашёл один из офицеров и что-то не прошептал главнокомандующему на ухо.

Тот удивлённо на меня посмотрел и со смешком произнес:

— Надо же, и тут отметились! Вы зачем этому индюку челюсть сломали?

Как я не рассмеялся, не знаю. Вот уж точно подмечено. Индюк стопроцентный. Пришлось отвечать:

— На первый раз пожалел, не стал ему язык поганый вырывать. Так, пожурил немного.

Минуту, наверное, главнокомандующий на меня смотрел, как будто решая, что со мной делать. Я уже даже переживать начал, находясь в непонятках, когда он, наконец, начал сначала хихикать, а потом хохотать во весь голос. Смешинку проглотил, не иначе.

Просмеявшись, сказал:

— Ладно, за этого прыща ругать не буду. Но и вы, сударь, прекратите мне офицеров калечить. Им воевать надо.

Я пожал на это плечами и ответил:

— Нормальных офицеров калечить не буду, а придурков, не способных осознать действительность, тоже не стану. В следующий раз просто пристрелю.

Кутузов даже икнул от неожиданности и уже строгим голосом сказал:

— Нельзя. Дуэли запрещены его Величеством и лучше его приказы не нарушать, чревато неприятностями. Вы, наверное, возвращайтесь от греха в месторасположение своего отряда. Все равно решение по вам будет принимать государь. Ваш рапорт ему отправлен, думаю, ждать долго не придётся. Собственно, на этом разговор закончился. Перед тем, как уйти, я попросил принять подарок и прислать мне людей за пленными французами. Сослался на то, что мне их нечем кормить. Тот пообещал решить проблему в ближайшее время. Когда я покидал шатер, главнокомандующий попросил задержаться князя, а мне велел дождаться его на улице. Я кивнул головой в знак согласия и покинул помещение.

Да уж, не получилось у меня сдержать слово и перестать бить офицеров. Не отошёл я и пары шагов, как тот же дятел со сломанной челюстью кинулся на меня с обнаженной шпагой, реально проткнуть хотел.

Отвел душу. От укола шпагой почти смог уклониться, уводя корпус в сторону, но не до конца. Зацепил он мне бок, поцарапал. Зато в ответ, я зарядил ногой по яйцам, со всей пролетарской ненавистью. А когда этот шакал согнулся, скрючившись, подвывая тонким голосом, я озверел.