Дворянская кровь 3. Партизан

Полковник впал в состояние гроги. Было непонятно, то ли он оргазм поймал, то ли с инсультом борется. Очень уж поведение у него стало не характерным.

Я с трудом привёл его в чувства и заставил командовать людьми. Убираться нам надо отсюда, как можно быстрее. Конечно погоня вряд ли грозит, но все ведь может быть. Слишком уж груз ценный. Как бы хозяин этого великолепия не потерял голову и не решился на месть. Кто его знает, какие у него возможности? Вдруг Наполеона ограбили, у него точно хватит сил попытаться наказать наглецов.

Добрались благополучно, погони не было, дорога прошла спокойно."

"Дома накопилось множество новостей и дел. Первое — это прибытие Степана с письмом от жены. Ей повезло встретиться с братом, и она теперь находилась под надежной защитой. Как только прогонят французов, сразу же появится.

О том, как прошла дорога, как она встретилась с братом и в каких условиях сейчас проживает, в подробностях я рассказывать не буду, как и о многом другом, написанном в письме. Всё у неё хорошо, и это главное.

Сейчас внимания требует другое дело. Не знаю, кто распустил слух среди крестьян об очередном наборе в мой отряд. Язык бы ему вырвать. За время нашего недолгого отсутствия сюда набежала чуть не тысяча претендентов, желающих стать партизанами.

Зависть человеческая не знает границ, а моим бойцам люто завидовала вся округа. Даже, невзирая на повышенную смертность при занятии нашим делом, есть множество желающих попытать счастья и поймать бога за бороду. Тот факт, что со дня на день французов прогонят и больше такой прибыли не будет, народ не останавливает. Они свято верят в то, что я придумаю, кого ограбить и как добыть денег на их безбедную жизнь после войны. Наивные люди, а может дальновидные. Спорный вопрос. Сам не знаю, чего от меня можно ждать. Вроде бы добился того, чего хотел. Но не факт, что успокоюсь.

Мне в срочном порядке в очередной раз пришлось перетасовывать свои подразделения, чтобы опытных бойцов в них стало приблизительно одинаковое количество. И пополняться пришедшим крестьянами. В этот раз каждый командир роты сам себе отбирал недостающих людей. Не все же мне страдать? Пусть и они помучаются.

С казаками расстались, как с родными. Уходили они довольные донельзя и отягощенные добычей с перебором. Не воинский отряд, а банда мародеров. По-другому, глядя на них, и не скажешь. Полковник даже не стал забирать причитающиеся ему в качестве трофеев пушки. Оставил в качестве подарка. Передал с ним наскоро написанное письмо жене. Он пообещал её навестить. Я всех проводил и опять окунулся в нескончаемую лавину дел.

Честно скажу, не хотел я заморачиваться формированием новых подразделений. Я был искренне убеждён, что для меня война закончена. Можно сказать, заставили.