Дворянин поневоле

 – Порядок обеспечит наша полиция и господа из управления жандармов. Не стоит пускать такое дело на самотек.

«Блин, ты из меня решил пресс-секретаря сделать, что ли? – подумал Сашка, кивая в такт его словам. – И, похоже, ты туда и сам собираешься. Только тайно. Уж больно рожа у тебя многозначительная».

– Было бы неплохо, если б с вами был кто-то из тех иностранцев, которые находились на той галере. Но, увы, – сожалеюще вздохнул Николай.

– Ну почему же, – улыбнулся князь. – Один точно есть.

– И кто же он? – оживился император.

– Абиссинец. Крещеный. Правда, черный, словно вакса, но зато никто не скажет, что специально обученный, – продолжал усмехаться Алексей Михайлович.

– Абиссинец? Это даже интересно, – удивленно качнул Николай головой.

– Есть еще черкес и литвин. У одного вся спина плетью исполосована, а второму язык вырезали, – добавил Сашка, начиная уже мысленно выстраивать линию своего поведения.

– А вот это очень даже хорошо. Покажите их репортерам. Пусть своими глазами посмотрят, кого защищать собрались, – мстительно усмехнулся император.

– Когда назначена встреча, ваше величество? – задал Сашка самый главный вопрос.

– Через два дня. Я надеюсь на вас, господа, – ответил император, поднимаясь."

"Сообразив, что аудиенция окончена, дед и внук дружно поднялись и, отвесив Николаю церемонный поклон, вышли из кабинета. Алексей Михайлович уже открыл рот, чтобы что-то сказать, когда дверь в приемную открылась и на пороге появилась миниатюрная фигурка вдовствующей императрицы. Марию Федоровну Сашка до этого дня никогда не видел, но моментально сообразил, кто это, едва увидев выражение лица деда.

– Господа, уделите несколько минут вашего времени слабой женщине, – с легкой улыбкой произнесла вдовствующая императрица.

Поклонившись, князья молча последовали за ней. Проведя их в какое-то небольшое помещение, чем-то напоминавшее малую гостиную, Мария Федоровна присела к столу, жестом указав им на стулья. Дождавшись, когда они рассядутся, женщина внимательно посмотрела на Сашку и, чуть улыбнувшись, тихо сказала:

– Ваши глаза, Алексей Михайлович. И такой же взгляд дерзкий. Сразу родную кровь видно.

В ответ князь только польщенно улыбнулся. Положив руки на стол перед собой, императрица перебрала в пальцах батистовый платок и тихо заговорила.

* * *– Ну, Саша, не подведи, – тихо выдохнул Алексей Михайлович, целуя внука в лоб и мелко крестя. – Говори все, что сочтешь правильным, и ничего не бойся. А главное, помни. Если уж сама Мария Федоровна тебе помощь пообещала, то даже гнев государев мимо пройдет. Уж ей верить можно.

– Говорят, она с Аликс в больших трениях, – припомнив кое-что, проворчал Сашка.

– Потом объясню, – понимающе кивнул князь.