Разрушенный дворец

Мы быстро одеваемся, но, видимо, не очень аккуратно, и вид у нас так себе, потому что, когда Элла впускает Стива, его глаза зловеще вспыхивают.

– И чем это вы двое, черт побери, тут занимались?

Я выгибаю бровь: голос Стива переполнен яростью, лицо раскраснелось. Я все понимаю, он отец Эллы, но мы же тут не снимали порно, в конце концов. Просто чуть-чуть позабавились.

– Мы… смотрели телик, – бормочет Элла.

Мы со Стивом одновременно поворачиваемся к черному экрану в другом конце комнаты. Стив, сжав руки в кулаки, снова разворачивается к Элле.

– Твоя дверь была закрыта, – чуть ли не рычит он.

– Мне семнадцать, – скованно отвечает она. – У меня что, нет права на частную жизнь?

– Не настолько частную! – Стив качает головой. – Каллум выжил из ума?"

"– Спроси у него самого, – доносится сухой ответ моего отца.

Стив резко разворачивается к дверному проему, где стоит папа, скрестив руки на груди.

– Что здесь происходит? – ровным голосом спрашивает он.

– Твой сын только что лапал мою дочь! – рявкает Стив.

Облизывал, если сказать точнее. Но я держу язык за зубами. Вена на лбу Стива и так, кажется, вот-вот лопнет. Незачем ускорять этот процесс.

– Для меня это совершенно неприемлемо, – продолжает он ледяным тоном. – Мне все равно, как ты относишься к своим родительским обязанностям. Твои мальчишки могут вести себя так, как их душе угодно, но моя дочь не станет очередной секс-игрушкой Рида.

Я распрямляю плечи. Кто, черт возьми, он такой, чтобы так говорить?

– Элла – моя девушка, – холодно говорю я, – а никакая не секс-игрушка.

Стив тычет пальцем на сбившееся покрывало.

– Значит, для тебя совершенно нормально вот так использовать ее? – Его ледяной взгляд останавливается на папе. – А ты! Что за отец даст столько свободы двум тинейджерам? Скажи еще, что они спят в одной комнате!

Виноватое выражение лица Эллы выдает нас с головой. Заметив его, Стив краснеет еще больше.

Он делает глубокий вдох, медленно разжимает кулаки, а потом говорит:

– Собирай свои вещи, Элла.

За секундой тишины следуют сразу три возмущенных восклицания.

– Что? – Элла.

– Нет-нет-нет. – Я.

– Стив, в этом нет необходимости. – Папа.

Отец Эллы реагирует только на последнюю реплику.

– А я думаю, это очень даже необходимо. Элла – моя дочь. Я не хочу, чтобы она жила в такой обстановке.

– Ты хочешь сказать, что мой дом – неподходящее место для ребенка? – Голос отца становится жестче. – Я вырастил здесь пятерых сыновей, и они прекрасно справляются.

Стив громко и раскатисто смеется.

– Прекрасно справляются? Одного из твоих мальчишек обвиняют в убийстве, Каллум! Прости, но вынужден огорчить тебя: Рид – не самый хороший парень.

Во мне просыпается гнев.

– С чего вдруг?

– Он плохо влияет на нее, – продолжает Стив как ни в чем не бывало.