Двойной (киндер)сюрприз для босса

– Кто? Тут? Женщина? – хорохорится мелкий засранец. – Машка что ли? Да она – курица тупая, а не женщина! Нарожала целый выводок и теперь…

И тут Зарецкий не выдерживает. Просто бьет Матвея по роже, тот еле как остается на ногах, пытается допрыгнуть до Зарецкого, но не выходит. Тогда он со всей дури лупит его по ноге. Зарецкий не остается в долгу.

– Прекратите! Перестаньте! – воплю я, – Матюша, хватит! Кирилл Демидович, мы с братом сами разберемся…

Кирилл останавливается. Застыв, он смотрит на меня с изумлением:

– Этот сопляк, твой брат?!

И в этот самый момент Матюша подлетает к боссу, и со всей силой бьет того, дезориентированного, по лицу.

У босса кровь из носа, из брови. Даже из уха струится.

– Что ж ты делаешь, козел?! – залепляю я Матвею пощечину.

А у самой все холодеет внутри. Неужели Матвей до сотрясения избил Зарецкого? Да еще как подло? Когда он не ожидал этого совершенно."

"Босс держится за голову. Пошатываясь, он хватается за стену. Там остается небольшой кровавый след. Глаза его страшные, черные, сверкают то на Матвея, то на меня.

Мне так жалко избитого почем зря Зарецкого, что я бросаюсь к нему, но он закрывается. Выставляет вперед руку.

– Не подходите ко мне! – рычит босс.

– У вас кровь…

– Да ладно! – хмыкает в рычании.

– Идемте, я помогу вам обработать раны. – мне так страшно, что брат мог повредить ему барабанную перепонку или еще чего, мне очень хочется осмотреть его раны, промыть, обработать.

Зарецкий тяжело дышит, с ненавистью глядит на меня.

– Ты! Уволена! Не смей попадаться мне на глаза! И ты! – указывает он на брата. – И ты не смей! Поймаю где – урою!

Босс вызывает лифт, покачиваясь заходит, двери закрываются.

Матвей, как побитая собака облокачивается на почтовые ящики. Дети, все это время разглядывавшие стену начинают тихонечко меня звать. Я же, понурив плечи, медленно подхожу к ним.

Он меня уволил. Вернее, не так.

ОН.

Меня.

Уволил.

Ну все, мне крышка. Погуляли, блин.

* * *– Дурак! Идиот! Кретин! – воплю я на братца.

– Ну чего ты разоралась? – после драки Матюша растерял весь свой боевой запал, и теперь виновато топчется в прихожей, пока я снимаю с деток куртки.

– Чего я разоралась? Ты какого фига на моего босса полез? Чтобы я без работы осталась?! А об ипотеке ты подумал?! О том, как я всех нас теперь кормить буду?! Об интернете своем?!

– А что с интернетом? – опускает голову еще ниже Матвей.

– За него платить надо! – восклицаю я, – представь себе, что нам со спутника его просто так не вещают!

– Блин, Маш… ну прости. Я как-то не подумал…

– Идиот! – у меня слезы в глазах. – Какой же ты никчемный идиот!

Матвей, как бы заглаживая свою вину, начинает помогать мне с детьми. Снимает с них шапочки и шарфики.