Двойной горизонт

От него облако свечения, появившееся над верхушкой пирамиды, начало разрастаться и, переливаясь всеми цветами радуги, накрывать словно купол сначала гору, затем её подножие, пока не растянулось на всю территорию от Балаклавы до Бельбека, накрыв весь город и извилистую словно фьорд Севастопольскую бухту. Сам Горыня ничего не почувствовал, но видя, как на глазах подтягиваются и словно молодеют Багратион и Тотлебен, счёл дело стоящим того безумного марафона страсти, который ему устроили жёны в ночь примирения.

Вражеская армада уже грузилась на баржи и корабли, поэтому все средства усиления, включая воздушные силы, были сконцентрированы в Тавриде, включая воздушного гиганта – дирижабль «Гнев Перуна».

Длинный, больше трёхсот метров, воздухолёт имел плоскую верхнюю площадку и выпускающий ангар для самолётов, позволяя одновременно опускать самолёты вниз, на рабочую палубу, для обслуживания и поднимать для старта подготовленные машины.

Всего на «Перуне» базировалось тридцать самолётов, а ещё тридцать располагалось на земле, в районе Симферополя, под охраной Терской казачьей бригады.

Именно он и приданная авиагруппа в составе двадцати дирижаблей вышла на перехват армады кораблей, что грузилась десантом в порту Констанцы.

По прямой от Симферополя до Констанцы было немногим более четырёхсот пятидесяти вёрст, и воздушная группа преодолела это расстояние всего за пять часов, идя экономичным ходом в восемьдесят вёрст в час.

Атаковали Констанцу на рассвете, когда корабли и баржи с уже погруженными войсками кучно стояли на рейде и у причалов. Первыми с высоты в тысячу сажен прошлись дирижабли-бомбардировщики, сбрасывая на порт и город десятки тонн двухкилограммовых осколочных и зажигательных бомб, отчего в городе с преимущественно деревянной застройкой воцарился настоящий ад. Порту и припортовой акватории тоже досталось, но корабли, стоявшие на рейде, были атакованы штурмовиками, которых вёл лично полковник Степанян. Маги, приписанные к кораблям, ничего не могли сделать против быстрых и относительно малоразмерных целей, и очень быстро море украсилось живописными кострами из горящих кораблей и немногочисленными шлюпками со спасшимися матросами и солдатами. К огромному сожалению Горыни, флагманского корабля эскадры Веллингтона и ядра его флота в Констанце не оказалось, но и так удар по войскам Священного Союза оказался впечатляющим. Армия, предназначенная для высадки в Тавриде, фактически перестала существовать.

Герцог Веллингтон, гостивший в это время у падишаха Порты – Абдул-Меджида, получил сообщение о разгроме Констанцы за завтраком, что конечно же совсем не улучшило его аппетит.