Двойное сердце агента

– Есть, товарищ генерал! – бодро ответил тот и, газанув, умчался.

Плужников вошел в подъезд, забрал вечернюю газету из почтового ящика и поднялся на свой этаж. Нащупав в кармане ключ, он отпер дверь своей квартиры, присел на табуретку в прихожей, стянул сапоги, с удовольствием сунул уставшие ноги в уютные домашние тапки и прошел в комнату…

Щелкнул выключатель, комната озарилась ярким светом. За круглым столом в центре комнаты сидели несколько человек: седовласый мужчина в строгом официальном костюме, генерал милиции (завсегдатай картежного притона в гостинице «Советская») и сухощавый белобрысый тип с бегающими глазками.

Плужников остановился, по бокам от него тут же выросли два милицейских полковника, перекрывая выход из комнаты.

– Добрый вечер, Павел Михайлович, – ехидным голосом произнес человек в официальном костюме. – Моя фамилия Казначеев, зовут Кондрат Матвеевич. Я – помощник Генерального прокурора СССР. А это… – и Казначеев сделал жест в сторону генерала-картежника, – товарищ Бегунков – заместитель начальника управления по борьбе с хищениями социалистической собственности МВД РСФСР.

– В другой обстановке я бы сказал: очень приятно, – спокойно ответил Плужников, – но поскольку вы вошли в мою квартиру без приглашения, то я надеюсь, что у вас есть для этого веские основания.

– Конечно, Павел Михайлович, более чем… – скривил губы Казначеев. – Дело в том, что вы подозреваетесь в особо опасном государственном преступлении.

– Вот как! – улыбнулся Плужников. – И можно узнать в каком?

– В совершении незаконных операций с валютой. Вот ордер на обыск, – сказал Казначеев, демонстрируя Плужникову бумажку с синим оттиском печати, потом повернулся к белобрысому типу и приказал: – Товарищ Сутулов, пригласите понятых, пожалуйста.

Белобрысый подбежал к двери в соседнюю комнату, открыл ее, и в комнату вошли двое понятых."

"– Гражданин Плужников, – подал голос генерал-картежник, – вас не затруднит продемонстрировать содержимое карманов вашего кителя?..

* * *Секретарша Плужникова Зина уже собиралась уходить, когда в приемную вбежал Гудасов.

– Зина, здравствуйте! – хрипло крикнул он ей с порога.

– Здравствуйте, Олег Владимирович. А Павел Михайлович уже давно ушел.

– Зина! У нас неприятность, – изобразил крайнее волнение на лице Гудасов, – Павел Михайлович арестован.

– Как арестован?! – ахнула Зина. – За что?!

– За незаконные валютные операции, – перешел на доверительный шепот Гудасов. – Мне только что звонили.

У Зины задрожали ноги, она опустилась в кресло, на ее глазах навернулись слезы.

– Ну-ну, не надо… – сказал Гудасов, положив ей руку на плечо. – Может, все еще образуется, разберутся…

Зина расплакалась.