Двойное сердце агента

 – Они постоянно к иностранцам на Плешке пристают: Have you anything for sale? Бегают и клянчат: «Фор сейл, фор сейл?» Вот их и прозвали – «форсельщики». Но лично я с Яшкой не знаком. У меня другие каналы. Но мне как-то дядя Гия рассказывал…

– Дядя Гия – «два туза»? – проявил осведомленность Степанков.

– Ага, – кивнул, отхлебывая пиво, Уланов.

– Почему «два туза»? – спросил Олейников.

– Картежник. Профессиональный игрок, – сказал Уланов. – Но, когда надо, умеет и проигрывать. Нужным людям, например.

– Пару месяцев назад, – перебил его Степанков, – он сыну самого Егора Сидорова сто тысяч проиграл. С тех пор они – дружбаны.

– Вот он мне и рассказывал про этого Костика – сына Сидорова, – продолжил Уланов, – что у того приятель такой есть. Яшкой зовут. Восходящая звезда валютного рынка!

Олейников задумался, хлебнул пивка и спросил:

– А на Гию-то как мне выйти?

– Адреса не знаю, – сказал Уланов, – но он часто в гостинице «Советская» играет. Там у них что-то типа закрытого клуба.

– Катран там, – опять встрял Степанков.

– Весь «бомонд» собирается, – пояснил Уланов: – артисты всякие, из начальства большого кое-кто, директора крупных магазинов. Вот, кстати, и Стефания Людвиговна – директриса этих бань – тоже там бывает…

– Стефания Людвиговна? Что за дама? – спросил Олейников, замечая, как в раздевалку входят Грошев и Юров и устраиваются неподалеку от их столика.

– Бальзаковский возраст… – сказал Степанков и, подняв указательный палец вверх, добавил: – Но такая штучка…

– Ураган! – согласился Уланов.

Олейников продолжал поглядывать на уже раздевшихся чекистов, к которым подбежал улыбающийся официант.

– Пивка? – радушно предложил он.

– Что? – переспросил Грошев.

– У нас принято пиво заказывать, – объяснил официант.

– Ну раз принято… – обрадовался Юров и осекся, увидев строгий взгляд Грошева.

– Квас у вас есть? – сухо спросил Грошев.

Олейников повернулся к Уланову.

– Ну что, Геннадий, ты, говорят, шикарно с веником управляешься. Может, меня попаришь?

– Да с удовольствием! – согласился Уланов. – Айда за мной!

И вся компания, залпом допив пиво, с шумным гоготом устремилась в парную.

Грошев и Юров переглянулись и, не притронувшись к принесенному официантом квасу, встали и проследовали за объектом наблюдения.

Войдя в парилку, чекисты сразу оказались в плену клубов ароматного пара, напоминавшего густой утренний туман. Двигаясь на ощупь, они примостили свои бледные тела на средней полке и попытались оглядеться. Высокое просторное помещение со стенами, обитыми вагонкой, и узеньким тусклым окошком под потолком, через которое практически не проникал свет. Три уровня полок. Большая каменная печь в углу.