Двойняшки для олигарха

Да что ж здесь такое с людьми? Неужели нельзя общаться нормально? Почему нужно ставить себя выше других?

Ухх! Как хочется ей ответить. Вот прям так сказать, чтобы никогда даже не смела разговаривать с кем-либо в подобном тоне! Но вместо этого я беру себя в руки и прикусываю язык.

— Матвей Валерьевич позвонил и сказал подойти, — с невозмутимым видом парирую секретарше. Она тут же меняется в лице.

— Минуточку, — произносит уже совершенно иначе. То-то же!

Девушка поднимает трубку, нажимает на кнопку, через пару мгновений обращается ко мне.

— Вы Юлия Андреевна? — спрашивает елейным голосом. Лицемерие так и прёт из всех щелей. Фу, блин! Аж противно.

— Она самая, — жёстко отрезаю в ответ. Пошла она в баню! Не собираюсь я перед ней распинаться! Сначала обольет по первое число, а потом расстилается. Бесит!

— Проходите, — показывает на дверь. — Вас ждут.

Молча разворачиваюсь и направляюсь к кабинету Илларионова. Несколько раз стучусь в дверь. Чисто ради приличия. Открываю, переступаю порог.

— Матвей Валерьевич, здравствуйте! — приветствую сидящего за столом мужчину.

— Здравствуй, — показывает на кресло перед собой. — Проходи. Присаживайся.

Делаю то, что он от меня просит. Присматриваюсь к мужчине, но по его лицу ничего не понять.

— Юля, все ли тебе понятно в твоих должностных обязанностях? — начинает задавать вопросы. Выдыхаю. Он просто хочет побеседовать! А я уже начинала кипишевать.

— На данный момент, все в порядке, отвечаю. — Можете не беспокоиться.

— Рад слышать, — загадочно смотрит на меня. — Мы с Александром Викторовичем посовещались и решили, что аудитора от Рафаэля Закировича посадим к вам со Светланой в кабинет. Не против? — и снова этот лукавый взгляд.

— Конечно, нет, — заверяю. Но на душе становится тяжело. Ничего другого я и не ожидала. — Разве я могу вам отказать? — мило улыбаюсь. Незачем показывать истинные эмоции. Их никто не должен знать.

— Вы, женщины, настолько непредсказуемы, что можно ожидать чего угодно, — произносит задумчиво. Откидывается в кресле, крутит шариковую ручку в руках.

От пристального взгляда Илларионова мне становится как-то странно. Складывается такое ощущение, что этот мужчина раз за разом проверяет меня. Провоцирует. Смотрит реакцию. А затем провоцирует вновь.

Странный человек. Но от него не исходит угрозы. И это ещё странней. А эти его постоянные ""ты"" и ""вы""? Я каждый раз теряюсь при очередной смене его настроения! Никак привыкнуть не могу.

— Юля, сколько лет твоим детям? — спрашивает, как бы невзначай, а у меня мгновенно застывает кровь в жилах. Язык не поворачивается ответить. Прирастает к нёбу.

Илларионов не сводит с меня свой пристальный взгляд. Он внимательно следит за моей реакцией.

— Это важно? — спрашиваю едва дыша. По позвоночнику пробегает ледяная волна.