Двойня в подарок

С какой помойки ты ее взяла?!

– Что тут происходит? – слышу знакомый резкий голос. Таким только ледяные глыбы пилить. Или алмазы.

– Так, Тимофей Сергеевич, – кудахчет санитарка. – Я уже окно закрываю, а они как собаки жучки лают. С цепи сорвались.

Под обалдевшие взгляды моих бывших подруг дверь в отделение распахивается. И Тимофей Сергеевич Морозов важно вплывает как к себе домой. Привычно целует меня в висок на глазах у изумленной публики."

"– Пойдем. Тут дует, – велит спокойно и ласково. И обняв меня свободной рукой, уводит из предбанника. Чувствую, как спину буравят злые глаза. Но иду вместе с Феем. Не оборачиваюсь.

– Вы, говорят, мою квартиру купили, – напряженно роняю я по дороге. Спотыкаюсь на ступеньках. Но крепкая рука Тимофея не дает мне упасть.

– А у тебя есть квартира в Шанске? – смотрит на меня удивленно и чуть насмешливо. Тонкие губы расплываются в улыбке. И я опять кажусь себе дура дурой.

– Нет, – заикаюсь. – В смысле та, которую я снимаю…

– А-а, – тянет он, распахивая дверь в холл. Машет идущему по коридору Торганову и заводит меня в палату. – Какую квартиру, Лерочка? – переспрашивает участливо.

– На Моторной, – докладываю я.

– У Миленкина, что ли? – удивляется он. – Так ты там жила? Он говорил, девчонки снимают.

– Да, – охаю я.

– Ну надо же какое совпадение! – улыбается Фей, снимая куртку и пряча ее в шкаф. Деловито идет мыть руки.

– Как тут мои принцессы? – воркует он и, затаив дыхание, заглядывает в люльки к спящим дочкам.

Поздоровавшись, Надя поспешно выходит из палаты, оставляя нас одних.

– Да я понятия не имел, Лера, – признается Тимофей, вытирая руки белым вафельным полотенцем. Так открыто и искренне смотрит, что я верю каждому его слову.

– А зачем она вам? – набравшись смелости спрашиваю Морозова.

– Я же адвокат, Лерочка, – вздыхает он чуть снисходительно. – Поверенный в делах клиентов. Иногда им требуются разного рода конфиденциальные услуги. Пожить в тишине, чтобы никто не беспокоил. Ситуации всякие, роднуль… – вздыхает он и добавляет с укором. – Плохо, конечно, что Миленкин все растрепал. Ну да ладно… Порешаем.

– А правда вас в мэры выдвинули?

– Да предложили тут, – морщится он недовольно. – Но я не хочу. Зачем мне лишние хлопоты. Бабла и так хватает…

– То есть это вранье? – удивляюсь я.

– Сплетни, – пожимает он плечами, обтянутыми черным кашемиром. – Я еще ничего не решил. Хотя народ меня вчера активно уговаривал…

– А вы?

– А я хочу тебя попросить, – резко бросает он. – Прекрати мне выкать, пожалуйста. И звать по имени отчеству тоже. Мне это неприятно.

– Хорошо, – соглашаюсь, понурив голову. Но как-то язык не поворачивается назвать Морозова Тимофеем. А уж Тимой или Феем тем более.

Красивый мужчина.