Двойня после развода (СИ)

Немало!

– Единственное, там вряд ли успели за ночь приготовить комнату для девчонок, но этим мы сами можем заняться же.

И столько нетерпения и предвкушения в его голосе, что становится тепло внутри. Для Наиля это все в новинку, и мне не хочется его лишать того, что я уже переживала после их рождения.

Он заслуживает времени с нашими девчонками. И я готова закрыть глаза на прошлое. Пора уже жить настоящим и не бояться оступиться.

– Приехали.

Завороженно смотрю на фасад из бежевого природного камня, сердце разгоняется, пока я тянусь к ручке, чтобы выйти.

Но Наиль как-то умудряется успеть раньше, и вот уже протягивает руку, чтобы помочь мне.

– Ощущение, как будто и не уезжала, – смеюсь.

Наиль тоже хмыкает и открывает калитку.

– Тут должны были прибраться, но не знаю. За домом все это время присматривали и периодически вызывали клининг.

Разворачиваюсь к нему и врезаюсь в грудь. Таранов охает, тут же прижимая меня к себе. Задираю голову, чтобы видеть его взгляд.

– Не оправдывайся, Наиль. Все отлично, я в состоянии привести в порядок дом.

Наиль наклоняется, и мы оказываемся нос к носу. Тут же втягиваю в себя знакомый запах и с трудом не зажмуриваюсь от удовольствия.

Да уж… Марина… поплыла…

Говорила мне Таня.

– А я не хочу, чтобы ты пачкала ручки, ангел.

Быстрый поцелуй, и он отступает, как будто боится, что я врежу ему. А мне же хочется продолжить. Подольше ощущать его губы на своих.

И, кажется, Наилю удается прочитать мои мысли, потому что его взгляд тут же вспыхивает.

– У нас сегодня много дел.

Вопросительно выгибаю бровь.

– Ты это к чему?

Наиль коварно усмехается.

– Да так, я о своем. Пойдем, выберем комнату для кудряшек.

И я послушно захожу внутрь. Моргаю несколько раз. Но пока никак не комментирую то, что вижу. Таранов ставит сумку, которую я успела собрать в своей квартире, на журнальный столик в гостиной.

Иду в сторону нашей с Наилем комнаты и застываю на пороге, распахивая глаза от удивления.

– А…

Поднимаю руку и показываю в сторону туалетного столика. Все мои вещи на своих местах. В том порядке, как я их оставила.

И в приоткрытой гардеробной все висит на вешалках… как будто я никуда не уходила.

– Что такое?

Наиль обнимает со спины и утыкается подбородком мне в плечо. Шумно выдыхаю.

– Зачем? Почему?

Показываю на все. Когда я уходила, я взяла процентов пять от всех своих вещей, просто мне ничего не нужно было.

Мне было больно и плохо, и я не думала о шмотках и украшениях.

И сейчас, спустя полтора года, я все это вижу.

– А что ты думала? Что я все выброшу, как только ты переступишь порог?

Выдавливаю улыбку.

– Была такая мысль.

– Или приглашу сюда Иру пожить? – в голос Наиля просачивается язвительность.

Вздрагиваю от этого имени и обхватываю себя за плечи.