Двойня для генерального

Хоть на Киру мне по большому счету плевать, вести себя как последняя сволочь с беременной девушкой не собираюсь.

— Спасибо, — дрожащими руками берёт стеклянную тару. Делает несколько крупных глотков. — Давно знаешь? — спрашивает не скрывая своего страха.

— Не суть, — отмахиваюсь. — Сейчас важно другое.

— Что именно? — смотрит на меня. — Ты тоже хочешь меня использовать?

— Если ты мне расскажешь правду, то я дам тебе шанс, — озвучиваю своё решение.

— Шанс? — усмехается. — Да меня же найдут! Ты понятия не имеешь какие у Генерала длинные руки! Он найдёт меня! Как мою мать, — всхлипывает. — Я больше никогда её не увижу.

— Твоя мать у меня, — говорю ей. — Мы успели перехватить Татьяну Игоревну до того, как она попала в руки Генерала.

— Правда? — смотрит на меня с великой надеждой. Никогда не видел столько боли в её глазах.

— Мне незачем врать, — отрезаю. — Если сказал, значит, верь.

— Спасибо, — шепчет. Всхлипывает. Снова пьет воду, руки дрожат.

— Рассказывай, — жестко требую от Киры.

— Что именно ты хочешь услышать? — уточняет у меня.

— Всё! — отрезаю.

— Откуда ты узнаешь, что я сказала правду? Что не солгала? — не унимается. Вот что за упёртая женщина?!

— Не переживай, — ухмыляюсь. — Я разберусь.

— Ты понимаешь, что меня уничтожат? — говорит безжизненным тоном. — Если я тебе скажу то, что знаю, меня ничего не спасёт. Отец лично расправится со мной.

— Я смогу обеспечить тебе безопасность, — обещаю. — Тебе. Твоему ребёнку. И его отцу.

Кира поднимает на меня свои огромные глаза. Они полны боли и… удивления. Зайцева не знала, что я её раскусил.

— Так ты давно понял правду, — ухмыляется горько. — И долго молчал?

— Достаточно давно, чтобы во всём разобраться, — уклончиво отвечаю.

— Понятно, — опускаются плечи.

— Так что? Расскажешь правду? — ставлю ультиматум. — Или мне уйти и будешь разбираться с Генералом сама?

— Не надо самой, — пугается дико. Широко распахивает глаза. — Я всё расскажу! Всё, что захочешь! — принимается меня убеждать.

— Говори, — требую.

— Что именно? — не понимает.

— Все, что знаешь. С самого начала! — отрезаю. — Только попробуй меня обмануть!

— Пойдём, — показывает на коридор. — Нам в мою комнату нужно. Здесь небезопасно, — добавляет еле дыша.

Проходим в комнату, которую занимает Кира. Она напугана и крайне осторожна. Шарахается от каждого шороха, у моей супруги нервы шалят.

Кира садится на кровать, я занимаю место на стуле. Сажусь так, чтобы видеть супругу, входную дверь и часть коридора. Хоть мои люди дежурят у входа в подъезд и на лестничной клетке, расслабляться я не собираюсь. Не в этом случае."

"— Все началось много лет назад, — начинает рассказ. — Михаил Зайцев и Геннадий Апрельский были в одном детском доме. Они дружили. Моя мать тоже выросла там.