Двойник Короля 9

Вылазка врага провалилась. Я жив, мои люди — тоже, элитный отряд в действии. Вот, что узнали турки, и это ещё раз их убедило в моей легенде.

— Ты ещё и хвастаешься? — выдохнул Топоров.

— Ни в коем случае, — чуть склонил голову в притворном смирении.

— У тебя погиб лейтенант! — схватил меня за грудки полковник. — Граф! Ты это понимаешь? Не в бою, а, сука, в казарме, так ещё в твоём кабинете!"

"Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. Я чувствовал исходящий от мужика жар, видел каждую красную прожилку в налитых кровью глазах. Но страх не накатывал. То ли потому, что я уже на это насмотрелся в прошлой жизни, то ли ярость полковника была слишком показной, слишком театральной. Он схватил меня за грудки.

— Более чем, — согласился, не пытаясь освободиться от его хватки. — Я минимизировал последствия, как мог. Пострадал сам, чтобы спасти остальных.

— Уже поднялся вой среди земельных, — Топоров наконец отпустил меня, отступив на шаг. — Мало того, что сделал его почему-то обычным рядовым. Графа? Мага? Ты что, совсем больной сопляк? Решил причиндалами помериться? Так ещё и использовал для этого своё звание.

— Борис Иванович, — встал, разглаживая помятый обгоревший китель. — Не знал, что вы так радеете за нашего брата.

Я заметил, как напряглись руки полковника. Он резко опустил их на стол, и раздался оглушительный треск. Стол раскололся пополам, будто был из картона, а не из дерева.

— Магинский, ты хочешь, чтобы я с тобой по-плохому? — полковник поднял на меня полные ярости глаза.

— А основания для этого какие? — спокойно поинтересовался, чуть прищурившись.

Было любопытно, на что он пытается надавить. С точки зрения всех в лагере, я герой. Если Топоров сейчас отправит меня в карцер или попробует уничтожить, как Сосулькина, это вызовет вопросы. Какой из всего сделают вывод простые солдаты? Что тогда отличает одного от другого? А если тебя смогут обвинить?

— Что в твоём кабинете делал Рязанов? — неожиданно сменил тему Топоров.

Вот оно! Настоящий вопрос, который волновал полковника. Он пытался скрыть свой интерес за гневом.

— Мы общались, — пожал плечами. — Я же его командир и всегда выслушиваю своих подчинённых. Манера руководства у меня такая.

— О чём? — полковник навис, будто пытаясь подавить массой тела.

— О погоде, женщинах, земельных аристократах, ценах на кристаллы. Да много всего, — ответил с намеренной небрежностью.

— Ночью? — Топоров сузил глаза. — Что за чушь ты несёшь?

— А с этим есть какие-то проблемы?

— Да! — рявкнул полковник.

— Борис Иванович, — я демонстративно поморщился, будто от несуществующей боли в руках. — Что-то я не могу понять. Вы меня допрашиваете? Ладно бы рапорт или что-то такое. Как только проснулся, сразу искать вас пошёл.