Двойник Короля 6

— После того, что произошло у вас в особняке, ещё надо поспорить, кто может стать покойником.

— Сколько? — процедил сквозь зубы ставленник императора.

— Давайте обсудим все детали позже, — улыбнулся, наблюдая, как тяжело вздымается грудь Жмелевского. — Главное, что это будет оформлено договором. И, разумеется, публично обсуждено.

Ставленник императора тяжело дышал. Он явно боролся с желанием испепелить меня на месте.

— Будьте аккуратнее, — продолжил, делая последний глоток чая. — За этим будут следить все земельные аристократы нашей империи.

По лицу Жмелевского пробежала судорога. Он до скрипа стиснул зубы, раздувая ноздри. Его невидящие глаза буравили пространство передо мной.

— И ещё, Виктор Викторович, — поставил пустую чашку. — В следующий раз, если захотите продемонстрировать свои способности, я продемонстрирую свои связи, — сделал паузу. — А там, сами понимаете, какие слухи пойдут по империи.

Жмелевский тяжело задышал, словно загнанный зверь. Его грудь вздымалась от еле сдерживаемой ярости. Капли пота прочертили дорожки по покрытому пылью лицу.

Я снова наклонился на спинку кресла:

— Согласны?

В ответ повисла звенящая тишина. Только где-то вдалеке продолжали догорать последние очаги пожара. Поднялся со своего места, чувствуя приятную тяжесть в теле после всех событий.

— Уважаемый Виктор Викторович, — повернулся к ставленнику императора. — Жду вас завтра для скрепления договора и обсуждения остальных условий.

Жмелевский дёрнул головой, словно отгоняя назойливую муху.

— Я обсужу с императором, — ответил он.

Развернулся и направился к выходу. В особняке царил хаос. Слуги бегали между разрушенными комнатами, пытаясь оценить ущерб. Кто-то тащил мешки с мусором, другие сметали осколки стекла и щепки. В воздухе висел запах гари и свежей крови.

На лестнице, ведущей вниз, заметил оскаленную морду пса — вернее, то, что от неё осталось. Клыки всё ещё поблёскивали от крови, а в мёртвых глазах застыло что-то похожее на удовлетворение. Кивнул ей в знак благодарности, ведь тварь послужила хорошо.

Снаружи территория напоминала поле боя. Чёрные воронки от взрывов усеивали некогда идеальный газон. Деревья догорали, источая горький дым. Бойцы службы безопасности и личная охрана сновали между выжженными участками, собирая тела погибших товарищей.

Я направился к машине. Перед началом представления попросил водителя отогнать её подальше от особняка. А сейчас забрался в салон.

— В особняк, — бросил водителю.

Откинулся на спинку сиденья, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в довольной улыбке. День определённо удался, даже лучше, чем я рассчитывал.

Перед глазами всё ещё стояло лицо Жмелевского.