Двойник Короля 5

В этот момент Степан Михайлович не выдержал. Воздух в камере загустел от концентрации магии. Стены полыхнули защитными рунами, поглощая большую часть энергии. До меня долетел лишь слабый порыв ветра — достаточный разве что для синяка, да и то лишь потому, что я стою близко.

— Меня эти стены не удержат, — прошипел он, брызгая слюной. — Как только захвачу полностью контроль над телом, я… я…

Кровь хлынула из его носа тонкой струйкой. Степан Михайлович растерянно коснулся её пальцами, уставился на алые разводы на коже. А потом его скрутило, колени подогнулись, и он рухнул на грязный пол. Изо рта пошла пена, заставляя тело биться в конвульсиях.

— Сучья ты мразь! — выдавил старик сквозь хрип.

— Тише, — махнул рукой, наблюдая, как его корчит на полу. — Как же так? Лучший будущий алхимик страны стоит передо мной на коленях и умирает?

— Тварь! — выплюнул он сгусток крови, и та растеклась тёмной лужицей по каменному полу.

— Больно? — склонил я голову набок, разглядывая, как подёргиваются мышцы его лица. — Должно быть, да.

Клятва крови… Она привязана к душе и телу. И как только дядя Стёпа напал на меня, нарушил то, что дал Лампа, теперь расплачивается за это.

— Стёпка, — постучал костяшками по пруту камеры. Металл отозвался глухим звоном. — Ты там как?

— Говори… — прошипел он, пытаясь подняться на трясущихся руках.

— Даже если я сейчас остановлю последствия клятвы… — начал, но меня прервали.

— Убивай! — его окровавленные зубы блеснули в жутком подобии улыбки. — Давай, кишка-то не тонка? Я сразу смекнул, что дурачок тебе важен и нужен, — кровь капала с подбородка, пачкая рубашку тёмными пятнами. — Лишишься его? Не верю!

— Степан Михайлович, — мой голос зазвенел сталью. — Ты даже предположить не можешь, на что я готов ради своих целей. И сильно преувеличиваешь ценность Лампы, — сделал паузу, разглядывая, как дрожит его тело. — Первый исход: ты сейчас умираешь. И скажу сразу… Меня это устроит.

— Что ещё? — его лицо впечаталось в грязный пол камеры.

— Я милостиво оставляю тебе жизнь, — загнул второй палец. — Но ты же не подумал, что сделал. Вырвался и давай крушить направо и налево, твоя магия убила аристократа.

— Плевать! — выплюнул он вместе с новой порцией крови.

— Зря, — покачал я головой. — Лампа-то у нас простолюдин. Поэтому отсюда ты не выйдешь, и это в лучшем случае. А так — казнь! — усмехнулся, глядя, как расширяются его зрачки. — Только посмотри, всё ведёт к одному. А сколько стараний, надежд… Я бы на твоём месте очень расстроился.

— Я верну пацана на время, — прохрипел он, сплёвывая сгустки.

— Меня это не устраивает, — поморщился, отмечая, как кровь уже течёт из глаз и ушей.

— Магинский! — эхо разнесло крик по коридору.