Двойник короля 18

Затем артефакт резко потемнел, почти до черноты, и красные линии сплелись в сложные узоры. Эмоциональная реакция превзошла ожидания. Задел за живое.

«Хочешь верь, хочешь нет, — пожал плечами. — Состояние твоего государства… Скажем так, не очень развитое. Не спорю, шаманизм, который спрятали и запутали, даёт вам некие возможности…»

Равнодушный тон, небрежные слова, словно обсуждаю погоду, а не великую империю. Специально принижаю значимость его наследия. Капля за каплей подтачиваю камень его гордости. Шаманизм — осознанно упомянул именно его. Это их сила, их особенность. Но говорю о нём пренебрежительно.

Пришлось ему объяснять, что я имею в виду. Как же старика прорвало! Столько ругани и брани вылетело из… диска. Дух очень возмущён, что его народ раскололся на два: монголов и джунгаров. Точнее, не так. Что всё-таки это случилось и за столько времени народ не объединился.

Волны энергии расходились от диска, как круги по воде. Каждое слово сопровождалось вспышкой света — белого, красного, иногда с золотыми искрами. Речь стала быстрой, сбивчивой.

Эмоциональная буря — ярость, боль, разочарование… Мне это и нужно было. Эмоции разрушают контроль, открывают слабые места, делают даже древних духов уязвимыми для манипуляции.

У меня на фоне его состояния случился лёгенький урок истории. Оказывается, прародителем джунгаров была как раз его сестрёнка. Она тоже хотела власти и начала сеять смуту, разделять народ. Интересно. Картина становится яснее. Цэрэн пыталась разделить людей ещё при жизни. Брат помешал, убил её. Но она вернулась как рух и продолжила своё дело, которое процвело в её отсутствие.

Тут нужно отдать должное. Много лет назад это было, а баба с головой… Это же надо одинаковым людям, с одинаковым языком, культурой и традициями внушить, что они разные. Классическая стратегия «разделяй и властвуй». Создать различия там, где их нет. Усилить мелкие отличия до непримиримых противоречий. Сформировать отдельные идентичности, настроить друг против друга, а потом пожинать плоды хаоса. Теперь понятно, почему эта тварь с джунгарами.

Диск мерцал, как пламя свечи на ветру. Эмоции духа передавались через эти изменения света. Боль от предательства, горечь от того, что план сестры всё-таки сработал, пусть и после его смерти. Ярость на саму мысль о разделении единого народа.

То капище, на котором мы были, — это место, где хан встретился с войсками джунгаров. Разбил их, сохранил Монголию. И как же было ему неприятно, что один из его же генералов воткнул нож в спину. В прямом смысле слова, когда он спал. Так хан и стал неприкаянным духом, привязанным к месту, где погибло много его воинов. А мужичок тот оказался любовничком сестры и мстил за её казнь.