Двойник короля 14

Он достал новую папку с пожелтевшими документами.

— А вот что я нашёл в императорской библиотеке. Личная переписка императора Петра Второго с Сенатом о принятии закона о суде равных.

Сюсюкин осторожно развернул древний лист.

— Смотрите, что он писал: «Дабы избежать мятежей среди земельных родов, позволить им судиться меж собой, нежели казнить указом». Это значит, что закон создавался именно для предотвращения восстаний аристократов.

— И это нам поможет?

— Ещё как! — достал современную копию обвинительного заключения. — Вас обвиняют в мятеже против императора. Но если суд откажет в применении закона, созданного против мятежей, то автоматически признает, что у вас были основания для восстания.

— А что если нам откажут в суде равных?"

"— Тогда мы сошлёмся на дискриминацию по сословному признаку, — немедленно ответил Сюсюкин. — И потребуем пересмотра всех древних законов, включая те, которые касаются передачи кристаллов императору.

Он достал ещё одну книгу, раскрыл её на нужной странице.

— Соглашение о кристаллах подписано при том же императоре, тем же указом, — объяснил адвокат. — Если суд сочтёт один закон устаревшим, то и второй автоматически теряет силу.

— Что это означает практически?

— Что все кристаллы с вашей жилы принадлежат исключительно вам, — улыбнулся Сюсюкин. — Никаких отчислений императору. Они этого очень не хотят.

Тем временем в дверь постучали. Принесли завтрак — серебряные подносы с изысканными блюдами. Запах свежей выпечки заполнил комнату.

Мы ели и продолжали работать. Сюсюкин объяснял каждый пункт защиты, я запоминал ключевые моменты. Постепенно картина прояснялась.

— А процедурные нарушения? — спросил я, жуя булочку.

— О, тут целый букет! — Сюсюкин разложил список. — Во-первых, вас должны были уведомить о суде за месяц до даты, а не за три дня. Во-вторых, обвинение должно быть предъявлено письменно с подписями свидетелей. В-третьих, арест без решения суда — грубейшее нарушение.

— Но меня же не арестовывали.

— Попытались! — поднял палец адвокат. — И это зафиксировано. Плюс принуждение к ношению следящего артефакта. Плюс ограничение передвижения.

Сюсюкин писал что-то в своей тетради, составляя список нарушений.

— Каждое из них — основание для прекращения дела, — пояснил он. — А в совокупности они дают нам мощное оружие. Ещё я проверил нынешний состав высшего трибунала, который будет вас судить, — адвокат ткнул пальцем в список имён. — Из семи судей только двое имеют военный опыт. Остальные — гражданские чиновники.

— И что?

— А то, что по закону о суде равных вас могут судить только военные аристократы, — улыбнулся мужик. — Получается, пять из семи судей не имеют права участвовать в процессе.

Сюсюкин открыл ещё одну книгу, показал конкретную статью.