Двойник короля 12

Может, несколько сотен всего — ничтожное количество по сравнению с тем, на что я рассчитывал.

«Почему размножаетесь так медленно?» — поинтересовался у Фираты.

«Мы сдерживаемся, господин, — в её мысленном голосе проскользнуло смущение. — Тесно. И… мало пищи. Едим только то, что вы позволяете, а это не так много».

Разумно. Они сдерживают собственную популяцию, чтобы не голодать.

«Что насчёт манапыли? Её много?»

«О да! — Фирата буквально просияла. — Горы! Мы собираем её со всех погибших монстров. Она лежит в загонах, но… не знаем, что с ней делать. Просто ждём ваших указаний, господин».

Приятная новость. Манапыль — ценнейший ресурс, который можно использовать и для изготовления зелий, и для усиления магии, и даже для сельского хозяйства, как выяснилось.

«Собирайте её, Фирата, — приказал я. — Ты и Тарим должны переместить всю манапыль в отдельное хранилище».

«Да, господин!» — в её мысленном голосе звучало воодушевление. Видимо, девушке было приятно получить конкретную задачу вместо бесконечного ожидания.

«Что насчёт размножения? — продолжил я. — Если бы у вас было больше пространства и пищи, насколько быстро могла бы расти популяция?»

Фирата на мгновение задумалась, и я почувствовал, как она мысленно просчитывает возможности."

"«Одна самка песчаной змеи может отложить до сотни яиц за раз, — наконец ответила девушка. — При благоприятных условиях и достаточном питании большинство выживает. Степные ползуны плодятся ещё быстрее, и каждый может произвести на свет до двадцати детёнышей за раз».

«А как быстро они растут?»

«От рождения до взрослой особи — около месяца при обычных условиях, — объяснила Фирата. — Но если есть достаточно манапыли и пространства, этот срок можно сократить вдвое».

Превосходно! Именно то, что нужно. Только представить: армия из тысяч степных ползунов и песчаных змей, которые не только служат мне, но и восстанавливают почву, делая её плодородной. Эти иссушенные земли расцветут за считаные месяцы.

«Прекрасно, — подвёл я итог. — Готовь их. Скоро у вас будет настоящий дом».

В полудрёме продолжил наблюдать через ментальную связь, как Фирата и Тарим скользят по загонам, собирая горы серебристой пыли.

Постепенно ощущения начали меняться. Сквозь пелену полусна я почувствовал прикосновение к лицу — что-то влажное и тёплое. Запах говорил, что это Зейнаб. Она сняла тряпку с моего лба и теперь сидела рядом.

Турчанка внимательно изучала моё лицо, разглядывала каждую черту, будто пыталась запомнить или найти что-то особенное. Потом зачем-то начала перебирать волосы, пропуская через пальцы светлые пряди.

Странное поведение для женщины, которая ещё недавно хотела использовать моё беспомощное состояние для собственных амбиций.