Двойник короля 11

Над входом висела вывеска с каким-то символом — возможно, название на турецком.

Кто-то из сопляков постучал в дверь. Судя по всему, чёрный ход или место, куда привозят продукты и всё остальное. Явно не парадный вход для господ и почтенной публики.

Показалась голова ещё одного турчонка. На вид ему лет пятнадцать. Он поговорил с одним из банды, оценивающе осмотрел меня и поморщился. Видимо, момент с оплатой смутил. Но паренёк очень требовательно говорил, и наконец нас с Таримом пустили.

— Это Юсуф, — перевёл негр. — Он проведёт до нужного номера. Главное — никому на глаза не попасться.

Кинул Юсуфу серебряный. Парень тут же изменился в лице и показал жестами следовать за ним. Я чувствовал себя нашкодившим мальчишкой, который прячется, пока мы прошли через помещение, где стирали, и дальше склад.

В прачечной было жарко и сыро, пахло мылом и потом. Несколько женщин в закрытых одеждах вручную стирали бельё в больших деревянных корытах. Они бросили на нас мимолётные взгляды, но тут же вернулись к работе. Видимо, Юсуф часто проводил через прачечную каких-то людей.

Склад был забит всяким хламом: мешки с мукой, связки лука, глиняные кувшины с маслом. В углу стоял крысиный капкан, в который уже кто-то попался. Запах был соответствующий.

Постоянно останавливались, оглядывались. Дальше через кухню, и вот мы на лестнице. Поднялись на третий этаж, Юсуф показал мне на дверь и тут же удалился. Тарим проводил взглядом пацана.

Мозг подкинул мысль, что это может быть ещё одной ловушкой. Поэтому я затаился и отправил Тарима. Он тут почти как местный, только более насыщенный по цвету. Сойдёт.

Бывший король постучал в дверь. Ничего не произошло. Ещё раз. И вот её открыли, что-то сказали на местном. Я выглянул и тут же оттолкнул Тарима в сторону. Закрыл дверь и убрал его в пространственное кольцо.

В коридоре номера стоял Мустафа Рахми-бей собственной персоной. Выглядел он не лучшим образом: осунувшийся, с мешками под глазами, словно не спал несколько дней. Обычно безупречно уложенная борода топорщилась в разные стороны. А его шёлковый халат был запачкан чем-то похожим на вино.

— Магинский? — уставился на меня бей. — Ты? Или шайтан пришёл забрать мою грешную душу?

— Ты предал свой народ, — начал я грубым голосом. — Не защитил русского дипломата. Позор на твою голову и кровь!

Мустафа потянулся к мечу, который висел на стене рядом с дверью.

— Тише ты! — поднял руки. — Это я.

Что ж тут такие проблемы с юмором. Нужно же думать головой! Как их местный демон говорит на русском языке? Ладно."

"— Но… — мотал головой мужик и моргал. — Я сегодня был в тюрьме, и сказали, что ты погиб при попытке к бегству, как шакал.

— Вот последнее обидно, — хмыкнул в ответ. — Но, как видишь, я цел и здоров.