Двойная взлётная 2

А в висок при этом медленно, сантиметр, за сантиметром, прокручивая входит тонкая игла.

Напряг с федералами, неоконченные проекты, угрозы заказчиков. Иной раз думаю, зачем вообще ввязался в это дерьмо? Но все так шикарно шло, деньги текли рекой, но их и так было достаточно.

Мне нужен был драйв, азарт, нужна была цель, и при достижении ее я ставил себе новую. Обманывая систему, обходя ее преграды, испытывал кайф, все получалось само собой, легко и просто, находились нужные люди, выстраивались схемы. Казалось, что, вот она, счастливая жизнь, но, по сути полное дерьмо."

"И вот сейчас мне тридцать три года, бывший гений математики, профессорский сынок, отличник, сливший свой талант в помойку криминала. Встречи, дорогие рестораны, частные самолеты, вшивые забегаловки на краю страны. Второсортные отели на других континентах, где я только не был.

Только не дома.

Хотя дом есть, квартира родителей, дверь которой не открывалась шесть лет.

А сейчас впереди так отчетливо маячит камера и неплохой срок, если нужные люди не помогут. Можно податься в бега, но это паршивый вариант, сдохну там точно.

Мы с Громовым — «сладкая парочка», о которой мечтают все службы: бывший военный-наемник и аферист-наркоман. Жизнь, сука, удалась. В ней лишь одно радует — это моя птичка.

Голова раскалывается, на душе погано. Недавний разговор с Громовым оказался тяжелым, а его удар еще сильнее, тру левую скулу, этот черт, мог и челюсть проломить.

— Я чего-то, Тёма, не понял, ты к чему клонишь?

— К тому, что все слишком серьезно и опасно, в первую очередь для Кристины, если нас двоих закроют, девочка растеряется. Ее некому будет защитить, а эти твари начнут прессовать по полной, ты знаешь.

— И ты предлагаешь себя в добровольные жертвы? Ты, сука, совсем охуел? Шульгин, ты что, так быстро сложишь лапки и ляжешь на спинку? Считаешь, я об этом же не думал, а тебе позволю это сделать? Скажу, мол, да, друг, конечно, иди, вот тебе карамельки россыпью и сигареты, место себе купишь не у параши.

— Да при чём тут, сука, это? Ты, блядь, совсем ни хуя не понимаешь?

Сорвался на крик, резко встал, уронив бокал с виски на стол, в номере отеля был полумрак, так и сидели, вдвоем допивая вторую бутылку, уже половину ночи. Из клиники выгнали сразу, докторша долго церемониться не стала.

— Тёма, не гони, вот реально перестань. Если надо, решим вопросы иначе, ты знаешь, я это умею.

— Я знаю, но она — нет.

Громов замолчал, сжал кулаки, повел подбородком, да, это было самое стремное, когда твоя женщина узнает, что ты не принц из сказки, которым так хочешь для нее быть, а убийца.

— Это не меняет и не изменит моего к ней отношения. Она умная девочка, все поймет.

Прошелся по номеру, ища сигареты, закурил, смотря из открытого окна на огни улицы.