Двойная измена. Мои (не)истинные (СИ)

Мы все твои… — ответили мне неведомые искусители. Я закрыла глаза во сне. Прохлада лесного воздуха сменилась теплом двух пушистых тел, что обернулись вокруг меня. И мне стало так хорошо, что сновидения все исчезли, как и мысли о несоответствии деталей… в том чудесном сне.

А проснулась я от шума, что сотрясал стены отеля. Я подорвалась в кровати с бешено колотящимся сердцем и, прикрыв голую грудь руками, начала выбираться из клубка мохнатых тел.

— Что происходит? Что за шум? И почему я тут? И вы почему тут? — я сдернула белую простыню из-под наглых волчьих морд, что не спешили обращаться в людей. То, что я в гостинице, так это точно. Я знаю все номера нашего отеля. Только какого лешего вообще произошло…

Однако, шум внизу не давал покоя. Я открыла дверь, волки спрыгнули с кровати.

— Вика, стой! — крикнули синхронно Вильям и Джереми. Я же поспешила по лестнице вверх, чтобы быстро одеться в узкие брюки и удлиненную тунику с запахом, а потом спуститься и узнать, что за суета происходит внизу. Надо же, какой у меня теперь тонкий слух?

Я выбежала из правого крыла отеля и поспешила в центральный холл. Распахнула дверь, подалась вперед, окунаясь в пряный аромат бергамота, смешанный с ароматными байховыми листьями чая. Я замерла. Обеспокоенный и одновременный разгневанный крик мужчины прекратился. Берг был внизу и пытался урезонить мужчину. Лана, Сиена и другие работники нашего небольшого отеля стояли около стены и не дышали.

Я смотрела в такую знакомую спину, облаченную в серый пиджак и точно знала, кого увижу. Вены на шее мужчины вздулись, и Раймонд развернул голову вполоборота. Повел носом по хищному, подпуская своего волка ближе к поверхности сознания. Так, как он всегда делал в моем присутствии. Глаз я почти не видела, но была уверена, что они засверкали янтарем. На заостренном лице обозначились острые скулы. На затылке пробежала дрожь оборота, мелкий черный подшерсток то появлялся, то пропадал.

Раймонд стал разворачиваться, и все это происходило в тягостной тишине. Казалось, что все даже перестали дышать. Но какое мне было дело до других, когда я попала в плен волчьих изменившихся глаз? Мы с Раймондом были словно в коридоре из вакуума. Только он и я. Глаза в глаза. Боль к боли. Мое разбитое сердце не должно было чувствовать того, что заставлял вспоминать меня Раймонд. Что он здесь забыл? Зачем приехал? Разве у него нет той другой, что согревает ему постель? Я была зла, обижена и задыхалась от такого манящего аромата, что улавливал мой чувствительный нос.

Встреча оказалась слишком тяжелой и неожиданной. Мы молчали, ничего не говоря. Мы просто смотрели друга на друга. Я уже была не та попаданка, верящая в светлое будущее и истинную любовь. А он был не тем мужчиной, что любил меня.