Двойные листочки (СИ)

Так что сегодня Петя переступил порог школы ещё до восьми утра, прошёл к шкафчику и подумал, что Низовцев, возможно, знает толк в атмосфере — в школе действительно было по-утреннему тихо и приятно. Переодевшись в этой приятной тишине, он пошёл по коридору, но тут до его слуха донёсся звук, от которого сердце подскочило. В кабинете музыки кто-то играл на гитаре. И, конечно, так играть мог только Низовцев. Петя направился туда. Кабинет музыки был оборудован специальными звукоподавляющими панелями, так что когда Петя открыл дверь, его буквально накрыло звуковой волной электрогитары. Ваня стоял спиной ко входу и играл что-то очень интересное. И красивое. И был полностью поглощён процессом. Да. Вот с таким Низовцевым Петя и хотел поступать. Дружить он может с любым, но поступать — только с этим. Петя дождался, когда Ваня остановится, и сказал:

— Да уж, из Яны мотиватор получился получше, чем из меня.

Ваня обернулся. Петя подошёл, усмехнувшись:

— Мог бы сразу сказать, что нужно просто перестать отвечать на твои сообщения…

В Петю полетел медиатор. Ваня явно целился ему в глаз, но Петя поймал медиатор одной рукой у своего лица и стал подбрасывать, как монетку.

— Как ты попал в кабинет?

— Попросил охранника открыть, сказал, что Вероника Николаевна разрешила приходить, когда здесь свободно.

— Полагаю, мы наконец-то начинаем готовиться. У нас всего два месяца, а готовность — ноль процентов.

— Нам нужно придумать концепцию, подготовить один кавер и что-то своё, а у нас ни...

— Ты настолько удивлён после того, как осенью мы уже одну мою исполнили? — Ваня отобрал у него медиатор и приложил к струнам. — Я пишу стихи, которые могут стать песнями, но у меня проблема с аранжировкой. Этому… Этому меня не учили.

— Не учили? Так ты всё-таки с кем-то учился?

Ваня кивнул. Петя заметил, что челюсть Вани немного напряглась.

— Твой отец тоже был музыкантом? Или прошедшее время неуместно? Ты не рассказывал, так что поправь меня, чтобы я не выглядел грубияном.

Ваня поднял уголок губ в какой-то недоброй усмешке.

— Присядь, это лучше слушать сидя. — Ваня серьёзно посмотрел на Петю. — Мой отец — один из первых проектов Зиновьева.

Ваня покачал головой.

— Мой отец — крутой гитарист. Его группа была довольно популярна в местной тусовке, и Зиновьев их заметил. Тогда ещё не было никакой академии, разумеется. Через некоторое время он предложил им контракт в Штатах. Мама не хотела, чтобы отец уезжал, но он обещал, что заберёт нас, когда там устроится. А через год… Попросил развод. Мне было десять.

Петя уставился на Низовцева. Да, это многое объясняло. Талант, навыки, нежелание петь на сцене и поступать в академию…

— Значит, отец научил тебя играть, — задумчиво подытожил Петя.

— И петь. Немного. Он постоянно играл дома, а я повторял.