Двойной эскорт. Экзамен для героев

– Тони! – Джим тяжело закашлялся и сплюнул на пол кровавый сгусток.

– Чего тебе? – недовольно отозвался тот.

– Дурацкий вопрос. Я же тебе отвечаю… Вот только рука болит невыносимо…

«Гангрена!» – пронеслось в голове Джима.

– Болит, дергает! И пальцы едва шевелятся… Может, я уже не смогу владеть ею, а Джимми?

В ожидании ответа Тони уставился на друга, а тот пытался заново переосмыслить услышанное.

– Что с твоей рукой? – спросил он, чтобы прояснить ситуацию.

– Я же сказал – распухла вся, болит, и пальцы едва шевелятся. Наверно, я останусь инвалидом!

От волнения Джим даже собственную боль стал ощущать не так остро.

Тони осторожно снял заскорузлые полотенца, и Джим увидел раненую руку напарника. Безобразно раздувшаяся и покрасневшая кисть, конечно, вызывала сочувствие к Тони, если бы не одна деталь – еще вчера Джим видел эту часть тела отсеченной, она валялась на кухонном кафеле. В подтверждение этого в нескольких сантиметрах выше сустава красовался опоясывающий руку рубец с засохшей кровью.

– Пошевели пальцами… – попросил Джим, полагая, что это какая-то глупая шутка напарника. Тот вытянул поврежденную руку и, гримасничая, пошевелил распухшими средним и указательным пальцами. Сомнений больше не было – отсеченная часть руки не только держалась на прежнем месте, ее нервные связи также восстановились.

Страшная догадка промелькнула в голове Джима с быстротою молнии, он схватил оброненный пистолет и направил на Тони.

«А что, собственно, я о нем знаю?» – подумал он, и его память угодливо подсунула всех тех монстров, с которыми ему приходилось иметь дело.

– Сдурел? – спросил Тони, видя наставленный на него пистолет.

– Я-то не сдурел, я-то в полном порядке! – ответил Джим звенящим от волнения голосом. Быстро перебирая ногами, он отползал к дальней стене, но пистолет в его руке даже не дрогнул. Джим слишком хорошо знал, как быстро двигаются брейвы и найттачеры.

– Ты с ума сошел, Джим, опусти пистолет! К чему это дурацкое представление?

– Это не дурацкое представление, господин «чужой»! Просто вы были очень неосмотрительны и теперь попались!

– У тебя паранойя, – грустно произнес Тони и снова принялся баюкать раненую руку.

– У ме… – хотел было ответить Джим, но страшный спазм перекрыл ему дыхание, в легких забулькало, сдавило диафрагму, и после секундного балансирования на грани смертельного удушья Джим изверг из себя крупные комья загустевшей крови вперемежку с мокротой.

Что-то звякнуло и покатилось по полу, Джим продолжал кашлять и с облегчением отхаркивать скопившуюся в легких жидкость.

Спустя минуту или чуть больше его отпустило. Дыхание стало налаживаться, на лицо возвратился румянец.