Жизнь на двоих

И правильно! София ведь не похожа, так почему Вано должен быть похож?

А самым нерадостным было узнать о том, что Дэйв все же погиб, и не только он, а еще двести с лишним человек. Софии было ужасно жаль всех, и она едва не плакала, пока Вано рассказывал подробности случившегося в субботу. Чудо, что они с Агатой выжили. Особенно – что выжила она, София.

Не лучше было бы наследнице отпустить абсолютный щит? София пыталась не думать об этом, но не могла. Конечно, мама, сестры и Вано очень горевали бы, для них это точно не лучше. А для императора? Наверное, его величество считал, что обязан ее спасти – она ведь спасла Агату. Но не ценой же разделенной на двоих жизни! Теперь она будет жить взаймы, постоянно думая о том, что укорачивает век Арена с каждой прошедшей секундой.

Арен. Почему он не зашел? Забрал ведь Агату во дворец, значит, приходил в госпиталь. Все его видели – и Вано, и Синтия, и Эн. Только не София! Почему он ее избегает?

После ужина, простившись со всеми до завтра, домой убежала Эн, а чуть позже засобиралась и мама Софии.

– Я завтра приду с Элизой и Рози, – произнесла Синтия, обняв дочь. – Они ничего не знают, думают, что ты просто немного приболела. Посидим с тобой вместе до вечера.

– Это хорошо, – обрадовалась София. – Познакомим их с Вано.

Синтия, слегка покраснев, покосилась на Вагариуса, который сидел на стуле рядом с постелью и понимающе улыбался.

– Конечно, познакомим.

Как только за Синтией закрылась дверь, Вано сказал:

– Софи, я хочу предупредить, что собираюсь подавать прошение императору о признании тебя моей внучкой.

От удивления она на несколько мгновений онемела, а потом, очнувшись, выпалила:

– Но, Вано, зачем?! Это же не дает решительно ничего, кроме…

– Это сделает тебя моей наследницей, – отрезал Вагариус, и она сразу поняла, что спорить бесполезно. – И в случае моей смерти ты получишь все. В отличие от Альтаки, где по закону наследство можно оставлять кому угодно, хоть собственному секретарю, у нас это невозможно – деньги и частная собственность переходят только признанным кровным родственникам.

– Я знаю. – София закусила губу. – Вано, если ты беспокоишься о долге моего отца, то…

– Там больше не о чем беспокоиться. Нет никакого долга.

Она смотрела на Вагариуса, не понимая, о чем он говорит. Как это – нет долга? Она ведь заплатила половину. Осталось еще столько же!

– Император закрыл все счета. Так мне вчера сказала твоя мама, Софи. Долга больше нет. И я уверен, что на твоем личном счете тоже приличная денежная сумма.

Стало так больно и плохо, что София едва не разрыдалась.