Жизнь на двоих

Теперь остается надеяться на ее разумность и на то, что Гектор сможет добыть из Ванессы нужные сведения.

Защитник, как же тошнит. И от нее, и от самого себя.

Он уже был у двери, когда она прохрипела:

Ванесса стояла возле окна, держась за шею – на коже уже наливались синим следы от его пальцев, – и смотрела на императора. В глазах ее почему-то не было ненависти.

– Спасибо, – прошептала она. – Что не убил.

Он не ответил, просто молча вышел из комнаты.

Разговор с Анастасией не занял много времени. Племянница быстро поняла, что не обязана выходить замуж за Огдена, если он ей не понравится, и это для нее было главным.

– Я понимаю, дядя Арен, – сказала она, грустно вздохнув. – Ты считаешь, мне в Альтаке будет лучше, чем здесь.

– Это не факт, Тасси. Но если тебе там не понравится, ты всегда можешь вернуться. И соответственно если тебе приглянется кто-то другой, а не Огден…

– Я поняла. – Она засмеялась, глядя на него, и вдруг запнулась, нахмурившись. – Дядя Арен… что-то случилось? Ты какой-то грустный.

– Все в порядке, – ответил император, понимая, что не в силах сейчас рассказывать ей про Ванессу, но это необходимо было сделать. – Просто я кое-что выяснил. Про твою маму.

Анастасия побледнела.

– Да. Она участвовала в покушении на Агату. В обоих покушениях.

Племянница бледнела все сильнее и смотрела на него, раскрыв глаза в немом ужасе.

– Поэтому она больше не выйдет из комнаты. Сегодня ее вернут во дворец и запрут в покоях. До родов она будет сидеть там, а после… посмотрим.

– Дядя Арен! – воскликнула Тасси, задыхаясь. – Я… я должна сказать! Я…

– Я понимаю: ты что-то видела тогда, когда Агату отравили, – произнес Арен устало. – Поэтому и расстраивалась. Но Гектору не рассказала, боясь потерять вдобавок к отцу еще и мать.

Анастасия всхлипнула и расплакалась, кивая и пряча лицо в ладонях.

– Я не буду тебя наказывать. Хотя стоило бы, но… – Арен усмехнулся. – У меня уже сил на это нет.

– Дядя Арен! – Племянница бросилась ему на шею, обняла и прошептала с отчаянием: – Прости! Пожалуйста, прости меня! Мама… она просто попросила посмотреть коробку конфет и взяла одну, но я не видела, чтобы она ее ела… Пожалуйста, прости!

Император аккуратно отцепил Анастасию от себя и холодно сказал:

– Я не могу тебя простить. Речь идет о жизни моей дочери, Тасси.

– И моей мамы… – шепнула девушка, покорно и виновато повесив голову. – Я боялась, что ты…

– А что твоя мама убьет Агату, ты не боялась? Двести шесть человек, Тасси! И все это – благодаря тому, что Ванесса дала информацию о посещении выставки моей дочерью. Двести шесть жизней – цена за твое молчание.

Она всхлипнула и вновь потянулась к Арену.

Он сделал шаг назад, качая головой.

– Не надо. Просто никогда больше не покрывай преступников.