Зеркало для двоих

Легконогим опоссумом я летел к вам, мои дорогие телезрители.

Зал одобрительно загудел. «Пельш» понравился. Еще немного попрыгав по сцене, он перегнулся пополам и интимно сообщил зрителям, что хочет предложить ведущему поучаствовать в программе."

"— Итак, в какой категории будете играть? Я предлагаю вам «Песни Натальи Ветлицкой».

Конферансье, естественно, согласился. «Пельш» убежал, а вместо него на эстраду царственной походкой вышла «великолепная Наталья».

— Что же вы нам споете? — поинтересовался ведущий.

— Я выбрала хорошо известную песню из моего репертуара. Надеюсь, зрителям она понравится.

Включилась фонограмма, и девушка начала шустро перебирать длинными породистыми ногами, беззвучно раскрывая рот под некогда популярное «Посмотри в глаза…». Но в глаза «певице» зрители смотреть упорно не желали, внимание зала было приковано к партнеру, мотавшемуся за «Натальей» по всей сцене. С абсолютно отрешенным видом он обмахивал бедра «певицы» огромной кистью, по всей видимости, имитируя известную сцену из клипа. Первые редкие смешки были довольно робкими. Однако происходящее на сцене нового московского клуба настолько напоминало конкурс инсценированной песни в каком-нибудь пионерском лагере, что ближе к концу номера искренне и громко, перекрывая фонограмму, хохотал уже весь зал. Скорее всего, это было изысканной хохмой, стебом в духе Тарантино, но Юля, взвинченная и напряженная до предела, в тот момент не смогла оценить тонкий юмор организаторов. После «Ветлицкой» был «Харатьян», довольно неплохо размахивающий шпагой, и «Филипп», посылающий женщинам страстные взгляды. Труднее всего пришлось, пожалуй, «Селезневу».

— Видите ли, мой репертуар не особенно богат концертными номерами, — сказал он, почесав затылок, — в кино я в основном или дерусь, или соблазняю женщин. Не думаю, что это подойдет… Может быть, вам какой-нибудь анекдот рассказать?

— Нет, лучше какой-нибудь приемчик покажи, — ехидно посоветовали из зала, — или слабо?

— Ну почему же слабо? Можно и приемчик.

«Селезнев» попросил принести несколько досок, одну половину положил между двумя стульями, а другую закрепил между двумя довольно высокими стойками декораций. Минуту постояв молча и, видимо, сосредоточившись, он взмахнул рукой и молниеносным ударом переломил пополам доски на стульях, потом высоко подпрыгнул и ногой разбил те, что были закреплены между стойками. Развернувшись в прыжке, «Селезнев» эффектно приземлился на шпагат.

— О-го-го! — крикнул кто-то из сидящих в зале. — Молодец мужик!

После первого тура объявили небольшой перерыв. Народ зашевелился. Дамы снова начали прохаживаться туда-сюда, демонстрируя драгоценности и роскошные туалеты.