Двое среди руин

Казалось, игла должна утонуть — но она осталась на плаву, более того, чуть качнувшись, приняла такое положение, при котором острие развернулось в одну из сторон. Ната широко раскрыла глаза, я чуть усмехнулся:

«Оказывается, есть вещи, которых эта всезнайка не знает!» Едва игла замерла, я чуть повернул миску. Игла развернулась вслед за движением, но потом вновь вернулась на первоначальное направление.

— Что, не проходили такое в вашем лагере?

Вместо ответа она показала на кончик иголки:

— Это Север?

— Надо думать, да. Во всяком случае, нам так объясняли. Если рядом нет никаких магнитных отклонений, железных руд и тому прочего. Кстати, придумали сие изобретение еще во времена оны, так что это не заслуга современного человечества.

— Понятно. Я, вообще-то, слышала…

— Что ж сама не попробовала?

Она хмыкнула, но глаза с иголки не сводила.

— Так… Ну и что у нас? Если кончик — это Север, то показывает он…

— На Провал!

Я кивнул. Игла и в самом деле указывала на Провал. Не совсем прямо, скорее чуть отклоняясь к болоту, но тем не менее. Выходило, что ранее высказанное предположение о сторонах света оставалось верным. Если способ, о котором скучающий инструктор поведал нехотя, про между прочим, сам по себе достаточно точный…

— Я ведь говорила — ты рожден для такой жизни. А мне и в голову не могло прийти… иголка, вместо компаса.

— Так это не я.

— Ну да, не ты. Но ты — вспомнил. А я, хоть и слышала о таком — нет. Я огонь на острове только на пожарищах добывала, да несколько коробок со спичками сумела отыскать. А ты, еще на самой первой стоянке, пока мы выходили к стене, разжег его, как само собой разумеющееся!

— И что с того? В чем чудо?"

"Ната указала на мой пояс, где я хранил неизменные предметы:

— В этом. Обломок напильника и кремень. А еще трут в мешочке. Я сто раз читала, как нужно огонь из искр добывать, но понятия не имела, что для этого требуется не два камня, а один, а второй — железка. Ты вот, знаешь, и пользуешься, словно с этим вырос. Потому и говорю — это твой мир, ты для него рожден!

Я неопределенно кивнул — ладно… Все восторги Наты по подобным поводам истекали лишь из одного — был только один человек, который мог ей их показать. И я вовсе не думал, что соответствующие знания и опыт не присущи, кому либо, еще. Скорее — наоборот. И то, что каким-то чудом именно мне повезло, не показатель подобной удачи в будущем. Если люди на этой земле есть — а я полагал, что есть! — среди них обязательно найдутся и более подготовленные.

— Пошли за перьями.

… Ната приподняла его и поставила кончиком на землю. Я присвистнул — высота пера достигала половины ее роста. Учитывая его размер, сам «журавль» мог оказаться этак с автомобиль…

— Птеродактиль, мать его… Мало нам было Воронов.