Двое. После

— В следующую пятницу, — ошарашенно сиплю я, не  силах поверить, что это действительно происходит.

— Хорошо. — Булат нетерпеливо переступает с ноги на ногу: — Проводишь?

34

— Всего вам доброго, — доброжелательно улыбается стюардесса и на секунду задерживает взгляд на Булате: — Благодарим за то, что выбрали нашу авиакомпанию.

Не похоже, чтобы он собирался что-то ответить, поэтому это делаю я, вкладывая в тон максимум искренности и благодарности:

— И вам спасибо большое. Нам все очень понравилось.

Я хочу поблагодарить девушку за пледы и вкусный кофе, но в этот момент Булат берет меня под локоть и подталкивает к серому коридору рукава, наверное, чтобы не задерживала других пассажиров.

Со дня значимого разговора на моей кухне мы больше не обсуждали поездку в Череповец, и я с облегчением начала думать, что Булат о ней забыл. Я ведь тогда на эмоциях попросила поехать вместе, и была уверена, что он откажет. Ну что такому как Булат делать в компании Эдика и отчима в нашей душной хрущевке? Поэтому решила, что просто поздравлю маму по телефону и перечислю деньги на карту в качестве подарка. Она, конечно, скажет, что я от нее откупаюсь, зато сможет побыстрее сделать ремонт и побелить потолок, из-за которого столько сокрушалась."

"Но нет тут-то было. Три дня назад Булат позвонил мне с работы и поинтересовался, во сколько запланировано празднование, а уже вечером, когда мы с ним встретились, сообщил, что куплены билеты на самолет. Я прожила в Череповце девятнадцать лет, но понятия не имела, что вообще существуют такие рейсы.

У выхода из аэропорта нас встречает такси — длинный черный седан с шашечками на крыше. Булат, оказывается, все предусмотрел. От этой мысли я начинаю нервничать еще больше. Будет мне впредь уроком: сначала думать, а потом уже чего-то требовать. Булат отменил дела, купил дорогие билеты и, наверняка, ожидает приятно провести время за семейным столом, чего с большой вероятностью не случится. Надо было быть смелее, и сразу ему сказать: дескать, никуда ехать не нужно, я передумала.

— Ты чего такая напряженная? — Булат пристально смотрит на меня с другой половины пассажирского дивана. Конечно, он заметил, как я ерзаю и то и дело вздыхаю.

— Давно не была дома. А еще боюсь, что на дне рождении тебе станет скучно и неуютно.

— Насчет меня можешь не волноваться: на веселье я не рассчитываю. Обратный рейс в десять вечера. У нас есть около пяти часов на встречу с твоей семьей.

Про себя я невесело вздыхаю: отсидеть бы два — будет уже хорошо. Я слишком хорошо помню, чем обычно заканчиваются домашние посиделки: отчим быстро напивается, мама начинает злиться, и в итоге праздник перерастает в скандал. А еще весь вечер наблюдать тошнотворную физиономию Эдика… То еще удовольствие.