Двое под одной крышей

Ничего сверхъестественного - обычные случаи из жизни или воспоминания из далёкого прошлого, которые вызывали в маленькой Кире живейший интерес. Бабуля обладала непревзойденным даром рассказчицы. Ее тихая речь журчала ручьём, и прерывалась лишь только стрекотом сверчков, кузнечиков, да редких ночных птиц. В желтом свете лампочки, освещающей веранду, кружили мотыльки. Их танец загадочной тенью вился по стенам... Со смертью бабушки из жизни Киры ушло так много всего! Но ещё больше с ней навсегда осталось. Бесценные моменты, милые сердцу воспоминания. От размышлений девушку отвлёк Кирилл, который снова подлил им выпивки. Интересно, долго они просидели в молчании? Уже совсем стемнело, и костёр догорал.

- Добавить углей, или уже пойдем?

- Добавь... Мне так хорошо, что совершенно не хочется возвращаться. Кирилл быстро высыпал остатки углей из мешка и вернулся на свое место.

- О чем задумалась, соседка?

- О твоих словах. Знаешь, мне кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду. У меня было место, к которому я не то, что корнями... Сердцем приросла. Бабушкин дом... А потом не стало. Ни бабушки, ни дома... Мне тогда пятнадцать было. И в тот момент я много не понимала. Казалось, ну что тут такого - продали никому не нужные стены в селе. А теперь... Господи Боже, как бы я хотела туда вернуться!

Погрузившись в воспоминания и собственные мысли, девушка даже не поняла, как ее ладонь оказалась в горячей руке Кирилла. Только когда его пальцы переплелись с ее - опомнилась. Вскинула взгляд, и дыхание затаила. Тепло от его прикосновения обжигающим потоком двинулось вверх по руке, наполняя грудь. Кира с трудом вдохнула, и вдруг обнаружила, что порядком захмелела. Только вот что послужило причиной того - глинтвейн или сидящий рядом мужчина, она не бралась утверждать.

Взгляд Кирилла был также несколько расфокусирован. Тягучий, пьянящий, будоражащий. Он скользнул по лицу и задержался на ее губах. Кира невольно облизала их. Ей стало жутко интересно, какими были бы его поцелуи? Что бы он сделал, если бы она прямо сейчас подалась к нему и коснулась губ? Сначала уголок рта, нижняя губа, которая у Кирилла была несколько полнее верхней, ямка на подбородке, нежное местечко за ухом...

В животе стайками поднимались бабочки, по венам разливался огонь, а в местах, где их руки соприкасались, бушевало пламя. Его языки нежно ласкали тело. Кира кожей чувствовала их бархатные прикосновения. Кирилл сместился,обхватил лицо девушки свободной рукою и, наконец, коснулся ее губ своими. Мягко, ненавязчиво... Давая возможность отстраниться. Можно подумать, она бы могла! Поверх мужской кисти легла женская, поглаживая сухую теплую кожу. Губы приоткрылись, углубляя поцелуй. То ли стон, то ли вдох вырвался на волю. Кира тысячу лет так сладко не целовалась.