Двое под одной крышей

- Уж не проводы ли Рудольфа?

Кирилл нахмурился и припарковал машину немного в стороне - проезд к дому перегородил шикарный Мерседес, который, несмотря на все предположения Кира, принадлежал Рудольфу.

Катя, Ариша и Таня плакали. Семен нервно курил в стороне, обнимая свободной рукой зеленую после болезни Наташку. Депутат и Лешка топтались неподалеку. Тут же бегали дети спортсменов. Весь дом собрался у подъезда. Не было только Соломин.

- Что здесь происходит? - тихонько поинтересовался Кир у Семёна.

- Провожаем, вот, господина...

- Уезжает, все же... - прошептала Кира, - как жаль...

Наташка кивнула, шмыгнула носом. Видимо, и она с трудом держала себя в руках.

- Ну, как говорится, долгие проводы - лишние слезы, - бросил Рудольф, поглядывая на часы. - До свидания, мои дорогие, до новых встреч!

Обняв каждого на прощание, Рудольф в последний раз оглянулся, скрываясь за темными стеклами автомобиля. Машина плавно тронулась и медленно покатила прочь.

- Ужасно... - всхлипнула Катерина. - Не представляю, как мы теперь будем жить..."

"Сердце Киры сжалось. Неожиданно самый счастливый день в ее жизни омрачился. Щемящая грусть наполнила сердце. И стало так обидно... За Рудика и Соломию, и за всех одиноких людей. За то, что не всем удается познать любовь, а познав - не всегда получается её сохранить... Будто бы почувствовав её состояние, Кирилл притянул невесту к себе, прижал к груди, нежно-нежно погладив шелковистые волосы. Вдыхая родной аромат, впитывая по атому силу любимого, Кира упустила все то, что случилось потом. Вскинула голову уже тогда, когда голубой Мини Купер Соломин в эффектном развороте, которому могли позавидовать даже каскадеры, перегородил путь Мерседесу Рудольфа. Мгновение - и Соля выскочила из своей машины. Еще секунда - открылась дверь Мерседеса. С такого расстояния они не слышали ни слова. И только лишь могли с замершим сердцем наблюдать за разворачивающимися событиями.

- О, Боги... Он целует её! - закричала Катерина, подпрыгивая на месте.

Со всех сторон послышались облегченные вздохи, крики и даже свист.Свистел, конечно, Семён.

- Так бы и раньше! - хмыкнул депутат, ударяя Сёму по спине.

- Ну, теперь, наверное, в ресторан... Отмечать такое дело? Гущин подойдет? Я столик закажу...

- Да ты что, Семён, - вмешалась в разговор мужчин Наташка, - там ужасно дорого! И невкусно... Давай мы с девочками что-нибудь сообразим?

Семён бросил короткий взгляд на Лешку, который изо всех сил старался сдержать смех, припомнив их давний разговор в пивнушке, зыркнул на ухмыляющегося Кирилла и рассмеялся, что есть силы, под ничего не понимающим взглядом Наташки.

Эпилог

- Господи Боже, Рудольф Адольфович, опять вы?!

- Я, я, Марья Никитична! Тут у нас...

- Дайте угадаю... снова внук родился?!

- Ну, почти... У друга жена рожает.