Двое под одной крышей

Но не в том случае, когда он был вынужден это делать три дня подряд, как чертов Гордон Рамзи, потому что, так и не выйдя с выходного, его экономка слегла с давлением... Все одно к одному. Как всегда.

Суп получился наваристым. Ну и что, что выкипело полкастрюли? Зато в оставшейся жидкости сконцентрировалось всё самое вкусное. Сёма почесал живот и налил себе полную тарелку. Хотел, конечно, дождаться пробуждения Наташки, чтобы пообедать вместе, но силы воли не хватило. Жрать хотелось смертельно. Он уже поднес ложку ко рту, когда на пороге кухни возникла болящая. Она всегда была тонкой, но после трех дней горячки отощала вконец. Только сиськи большими остались. Все, как он любит. Только вот сейчас об этом, наверное, лучше не думать. Наташе не до того... Семен заложил ногу за ногу, чтобы скрыть очевидное возбуждение, и хриплым голосом поинтересовался:

- Ты как?"

"- Лучше... - прохрипела в ответ девушка. Вот только её хриплый голос был вызван ангиной, а не всякими непотребствами, как, например, у него.

- Будешь есть?

- Угу... Только бульон. Без картошки...

- Садись, я налью.

- Да я бы и сама справилась... - запротестовала девушка, переступая с одной ноги на другую и зябко поёживаясь.

- Садись, «сама», - передразнил Семен. - На ногах едва стоишь. Сейчас сквозняком в форточку унесет.

- Тебе, вроде, нравились худые, - серьезно глядя на мужчину, заметила Наталья. Семен зыркнул на девушку из-под бровей и добавил к налитому супу еще один половник:

- Ешь! Тебе не помешает чуток отъесться.

На секунду ему показалась, что Наташа хотела что-то ответить, но она промолчала. Опустила взгляд в тарелку, скрывая глаза за пеленой растрепанных давно немытых волос.

- Спасибо, - прохрипела она. - Ты сам, что ли, готовил?

- А что - не съедобно?

- Нет... Почему? Просто не помню, чтобы экономка приходила...

- Она и не приходила, - буркнул Сёма.

- Извини, что тебе пришлось самому за мною ухаживать. Не ожидала, честно признаюсь... - не отрывая взгляда от треклятого супа, заметила Натали.

- А чего ты ожидала, что я тебя за порог больную выставлю?!

- Нет, но...

- Ладно, не продолжай. Знаешь, тебе тут какая-то начальница звонила... Акула.

- Наталья Владимировна? - оторвалась от разглядывания тарелки Натали. - Че-е-ерт, - протянула она, видимо, о чем-то вспомнив. - Твою ж мать...

Ругающаяся Наташка - это что-то новое. Обычно она держала марку, и строила из себя великую интеллигентку и недотрогу. Семёна такое положение вещей вполне устраивало. В его мире все притворялись тем, кем отродясь не были. И он притворялся на людях, скрыв свою истинную суть под дорогим костюмом... А в глубине души так и остался тем пацаном в спортивках, которого сто лет назад кинула баба.

- Где мой телефон? - озираясь, переспросила Натали.

- Сиди... Сейчас принесу.