Двое папочек для дочки

— Что за бред?! Лекс просто задерживается! Это же задание! Это работа! Он обязательно вернется! — Кажется, я не сдержала истеричные нотки. И в комнату так неудачно вошел папа. Он нахмурился, и атмосфера сгустилась, словно небольшую комнату затянуло грозовыми тучами.

— Ты страдаешь, это понятно. Мы разделяем и понимаем твои чувства. Но пойми и мои. Отец Лекса был моим лучшим другом. Мать Лекса… — Голос отца сорвался. — Теперь бандиты забрали еще и Лекса. И ты в опасности. Я должен защитить тебя. Я не собираюсь лезть в пекло. Операция практически завершена, но на этом этапе я нужен руководству. А взамен…

— А взамен они оплатят золотую клетку для меня. Вилла Пьера де Бартоли… Чья она собственность? Ваши люди повсюду. — Ядовито прошипела я. Эта невидимая война забрала моего жениха и будущего тестя, отнимала и отца… я оказалась не готова к потерям.

На следующий день, на вилле…

Родители уехали на следующий день на рассвете. Прощание вышло коротким, но от этого не менее эмоциональным. Мама расплакалась, обнимая меня, и пообещала скоро приехать навестить. «Взрослая жизнь» наступила неожиданно и ударила по голове, как обухом. Но, возможно, одиночество призвано вылечить меня?.."

"Я снова пришла, в теперь уже бывшую, родительскую комнату и заглянула в окно. Пейзаж не изменился, но я отвернулась от ярких красок моря и попыталась отыскать умиротворение в простоте окружавшей меня обстановки. На выскобленном деревянном столе стояла глиняная миска с персиками, на одном из окон в солнечных лучах купался горшок с геранью. Оконные рамы, ставни и двери были выкрашены лазурным цветом в тон морю, а белая штукатурка толстых стен была такой свежей и чистой, словно ее только что обновили. У меня возникло чувство, что я неожиданно оказалась в мире, где существуют всего три цвета — тусклые серо-коричневые тона холмов, ослепительная белизна стен и неба и насыщенный голубой цвет моря, ставней и дверей. И в этот момент завтрак попросился обратно. Не первый день я замечала за собой эту странность, но списывала на стресс, на перемену воды, на обилием фруктов… а сейчас, в эту минуту меня прошила непрошенная догадка. Я не могла оставаться в доме, я распахнула окно шире и села на подоконник, свесив ноги. До земли было так близко, что я не задумываясь, прыгнула. Мои подошвы обожгла боль, но я, не обращая на нее внимания, бросилась бежать, словно перепуганный заяц. Вперёд, только вперёд, к морю, на пустынный пляж…

Добежав, я огляделась. Все, как я хотела — только золотистый песок, всезнающее море, вспенившееся у моих ног, и я, наедине со своими мыслями. Вернее, я — не одна, а нас теперь двое. Здесь оказалось так необыкновенно тихо, что мне показалось, будто я попала на край света.