Двери во Тьме

– Напомнили ребята, – сказал он прямо с порога. – В хинкальной она работала, а может, и сейчас работает, у грузина этого, буфетчицей – Валей зовут.

Мне сразу вспомнилась Ира, та самая, что вчера разливала нам пиво в «Деловом клубе». Вот ее я хорошо помнил по хинкальной, а Валя… мне кажется, что никакой Вали там сейчас нет, не работает там Валя. Ну да ладно, все какая-то ниточка. Вот Ира, например, эту Валю может знать.

Распрощаться с Пашкиным получилось не сразу: у него душа жаждала продолжения банкета. Спас меня какой-то высокий и тощий дядька с задумчивыми глазами, который, как он сказал, заглянул «на огонек». Пашкин обрадовался, представил его «Колюней – механиком от Бога», после чего усадил Колюню за стол и достал непочатую бутылку из пакета. А я выскользнул за дверь.

Так… что дальше делать? С Ирой идти беседовать, на обаяние бить, про Валю выспрашивать? Или с Шалвой сперва побеседовать, порасспросить? Это умнее, на мой взгляд, это правильно будет.

«Тазик» вновь завелся – звук моторчика звонким эхом отразился от стен. Шустрая машина, увернувшись от ехавшего навстречу грузовика, выкатилась в ворота, лихо проскочив по большой луже и подняв огромные фонтаны воды. Заодно и под тент залетело немало: пришлось рукавом утираться, грязно при этом ругаясь.

Темнело – в это время года сумерки чуть не после обеда наступают. На домах начали зажигаться фонари, быстро, один за другим: на электричестве и освещении здесь никто не экономил – все равно в финале такая экономия дороже выйдет. Люди на улице начали заметно жаться к кругам света, да и вообще поток пешеходов быстро редел. Тех, кто с работы, машинами развезут, «пепелацами», а те, кто просто так, уже куда-нибудь под крышу нырнули или поближе к свету и людям жмутся.

Дождь заметно ослаб, но, как мне показалось, стало холоднее. Не зима ли начинается все же? Пора уже, пора. Навстречу проехал большой додж «Олл Карри» Беленко – начальника Горсвета, моего официального самого главного начальника. Он свернул в сторону набережной, к «Беверли-Хиллз» поехал – туда, где все городское начальство живет. Следом проскочил по улице серенький «кюбельваген» с запаской на покатом передке, в котором за рулем сидел Антонов – заместитель Беленко и по факту настоящий оперативный руководитель Горсвета. Его машина поехала дальше, не сворачивая к реке, из чего я заключил, что Антонов, наверное, до того уровня начальственного не дорос, чтобы в «Беверли-Хиллз» жить: рангом не вышел."

"Вывеска шашлычной «Телави» равномерно мигала – Шалва Абуладзе полагал, что так она больше внимания привлекает. Хотя шашлычную и без того весь город знал, и если кто в нее шел, то вполне целенаправленно: праздношатающиеся в нее редко заглядывали.