Дверь на двушку

Кори, Никиты и Ромы с Боброком рядом не было, каждая же ступенька давалась ему с боем. Перекинув трость и костыль в одну руку, другой Боброк обвис на перилах и, подволакивая одну ногу, прыгал вниз на другой.

Сашка бежал впереди и дубиной Кори прощупывал пространство. Лунный свет на лестницу почти не попадал. Лишь местами на площадках лежали ровные его квадраты. Сашка уже было подумал, что эльбов на лестнице нет, как дубина вдруг во что-то врезалась, причем там, где явно ничего не могло быть. Он ощутил вязкость пустоты. Ход был у самого пола и шел из стены.

– Молодец! – шепотом похвалил Боброк. – Обходим – и быстро вниз!

– А эльбы? – спросил Сашка, разглядывая камни-закладки на дубине и убеждаясь, что они не покрыты слизью.

– Их там пока нет. Или ты думал, что, выстрелив в любое место леса, можно убить кабана? – Боброк остановился и вытер пот со лба.

Каждую ступеньку он брал с боем. Наконечники костыля и трости скользили, не давая опоры. Боброк пыхтел, сопел, хрипел, был зол и красен и еще минимум один раз приложился к фляжке и надолго уткнулся в нее лбом. Кавалерия изредка поглядывала на него, и лицо у нее было встревоженное.

На восьмом этаже к ним присоединился Макс. На седьмом – Родион.

– Ну как? – спросил у них Боброк.

– Н…н…н…н-нич… – начал Макс. После молчания ему всегда нужно было как следует разогреть свой речевой аппарат.

Родион молча показал пальцем на свою шныровскую куртку. В одном месте на плече она была прожжена. Боброк, чтобы разглядеть, включил и сразу выключил фонарик.

– Кожу задело? – спросил он озабоченно.

– Да, вроде как обожгло.

– Да я что, видел? Обменялись парой ударов – и разошлись в темноте… Рукой двигать больно.

– Плохо. Могла попасть слизь. Обработайте ему кто-нибудь рану, – велел Боброк.

– И если попала, тогда что? – шипя от боли, спросил Родион, пока Штопочка, отобрав у Боброка фонарь, занималась его раной.

– Тогда все. В лучшем случае отделаешься бредовыми видениями.

– Маски нужны… Марлю… бинт… тряпки намочить… у кого что есть! – шепотом приказал Боброк.

Сухан, не вмешиваясь, пожал плечами. В том, как он это сделал, читалось: разве это вонь? Вонь начнется ниже. И там уже маски не спасут. Сам Сухан никаких респираторов не использовал.

Они продолжили спуск. Шли осторожно, замирая перед каждой ступенькой. Боброк опирался теперь на плечо Сашки, обвисая на нем при каждом шаге. Зубастая дубина перекочевала к Штопочке. Левой рукой Штопочка держала дубину, правой же безостановочно полосовала бичом воздух над ступеньками. Удивительно, как она ухитрялась работать бичом в тесном пространстве, но ухитрялась. Порой ей приходилось перехватывать бич и сильно его укорачивать. Бич тогда скользил по воздуху с тихим звуком, напоминающим свист ночных насекомых.