Дверь на двушку

Если бы не пчела, чудо былиин… Валим отсюда быстро! Здесь где-то рядом маг!

Угрожая невидимому врагу, Ул вскинул руку со шнеппером и, волоча за собой Яру, быстро потянул ее к дому. Яра спотыкалась, прижимая к себе Илью. Именно она первой заметила, что вслед им, медленно вращаясь, летит нечто вроде большого ледяного блюда. Она закричала, предупреждая Ула, и тот вместе с ней рванулся в сторону. Блюдо врезалось в землю и раскололось, заковав льдом участок примерно в два квадратных метра. Медленная магия! Боевые маги применяли ее обычно из засады, потому что магия эта двигалась не быстрее, чем летит смятая в ком газета.

В следующий миг Ул сшиб арбалетчика с ног, с ним вместе покатился по земле и на ноги вскочил уже один. Ни шнеппера, ни саперной лопатки в руках у него не было: он потерял их. Случайно Ул оказался в неглубокой фундаментной яме, где берсерки накапливались, готовя засаду. Раньше чем Ул успеть понять, сколько у него сейчас противников, его больно смазали по скуле. Обычно после удара люди отскакивают назад. Ул же умел прыгать вперед, на удар. Следующий удар он принял уже на лоб. Лоб оказался прочнее не совсем еще готового к удару кулака. Хрустнуло запястье. Ул ударил боковым в челюсть, и берсерк провалился в туман.

Другой противник обхватил Ула руками сзади – и сразу пожалел об этом. Ул был плотен как дубовая колода. Он обвис у него в руках, заставив врага наклониться, и, откинув голову, затылком ударил его в лицо. Берсерк выпустил его, и тут же Ул двумя ударами сбил его с ног. Больше противников перед Улом не было, но все равно его преследовало ощущение какой-то незавершенности.

И он понял, что это было, когда увидел белое обледенелое пятно на траве.

«Маг! Где-то тут прячется маг!»

И сразу же не найденный пока маг дал о себе знать острой болью. Ула точно шилом пронзило. Он упал, схватившись за плечо. Услышал хохот – не то женский, не то мужской. Некое существо – высокое, ломкое, со стертыми чертами лица – держало в одной руке фотографию Ула, видно, подготовленную заранее, а в другой – страшную ржавую булавку с перламутровой головкой.

Пока это происходило, Яра пятилась от берсерка, вынырнувшего из алой трещины в воздухе. В руке у него была палица, и она завершалась стальным набалдашником в форме кулака с зажатым в нем гвоздем. В опущенной палице, которая вроде бы даже не угрожала Яре, было что-то особенно страшное.

Яра отступала, прижимая к себе Илью, а сама все не могла отвести глаз от лица берсерка. Обычно, когда думаешь о злодее, представляется либо маленькое растрепанное существо – эдакий ученый-маньяк, либо краснолицый, с мощными бицепсами силач в щетине, с заплывшим подбородком и красными влажными губами – тип римского разбойника. Этот же в привычные рамки никак не вписывался.