Дверь на двушку

Это был видавший виды «АК-74М» с диоптрическим прицелом.

Даня поспешил ретироваться, тем более что и Фреда уже почти вылезла из-под сосны. Автомат он нес за дуло в вытянутой руке. Когда Даня ушел, Коря, вспомнив о чем-то, озабоченно посмотрел на Боброка.

– Берсерки уже здесь! – сообщил он.

Для Боброка это не стало сюрпризом:

– Родион пошел проверить.

– Вроде ловкий парень! Нож в зубы взял, в куст прыгнул – ветка не шелохнулась! – одобрительно отозвался Никита, выгребая из печки старую золу.

Родион вернулся через час. Макс, карауливший с арбалетом у окна, на секунду отвлекся. В тот же миг через порог кто-то перекатился, и в шею Максу уткнулся палец. Все произошло так быстро, что ошеломленный Макс только и успел что моргнуть. Куртка Родиона была испачкана глиной и листьями.

– Я мог тебя з-з-зы-зы-за… – запоздало забубнил Макс, глядя на арбалет.

– Это вряд ли. Мимо тебя экскурсии можно водить.

Макс угрюмо заворчал. Он не считал себя настолько безнадежным.

– Бериков видел? – спросил Ул у Родиона. Он сидел рядом с Ярой, боясь оставить ее даже на минуту.

– Да. Приехали на нескольких машинах. И с ними пара боевых ведьм… Замерз я что-то! Пойду погреюсь!

И Родион направился к печке. Проходя мимо Долбушина, он остановился и тронул указательным пальцем его голову. Долбушин сердито отбросил его руку.

– В чем дело? – спросил он раздраженно.

– Просто смотрел! Голова как голова! И чего он в ней нашел? – сказал Родион.

– Тилль. Я слышал, как берики переговаривались. За вашу голову Тилль назначил награду. Так что на вашем месте я бы не маячил в окне благородным профилем.

Тотчас, будто для того чтобы подтвердить его слова, из леса прилетели два болта. Один выбил кусок рамы, а другой врезался в стену, никому не повредив. Родион, повернув голову, оценил выстрел.

– Хорошо бабахнули! Только планочку прицельную не передвинули, а то было бы примерно вот сюда! – со знанием дела объяснил он, показывая место где-то у ключицы Долбушина.

Макс и Ул легли к арбалетам, но больше никто не стрелял. Лес затих.

– Кого-то видно? – поинтересовался Боброк.

– Не-а, – отозвался Ул.

– То-то и оно. Тут разница как между войной и тиром. В тире все снайперы. Мишень увидел, дыхание задержал – готово… А на войне лежишь пузом в какой-нибудь ямке, щекой в землю вжимаешься, а высунуться не можешь. По тебе палят, а ты даже не понимаешь откуда, – ворчливо сказал Боброк.

– Один кто-то бьет… максимум двое… Хочется, видать, людям пострелять, – сказал Ул.

– Скорее бы перехотелось. Эх! А нам еще луны ждать! – недовольно сказал Боброк, наискось, от окна, взглянув на небо.

– Думаешь, на штурм пойдут? – спросила Кавалерия.

Боброк пожал плечами:

– Кто ж его знает, что у Тилля на уме… Вот что ведьмы боевые с ними – это скверно.