Двенадцать дней Коляды

Конечно, он сказал, что раздеваться необязательно, но ведь они оба хотят этого, между ними много лет висит недосказанность, от которой давно пора избавиться.

Варна потянулась к его рубахе, а Свят вдруг прижал ладонь к ее шее, большим и указательным пальцами надавил на основание черепа, и она почувствовала, как подгибаются ноги.

– Послушай меня, – горячо зашептал он, – в твоем пиве была ее кровь. Ты не умрешь, с вами обоими все будет хорошо.

Она ясно видела и слышала его, но ничего не могла сказать.

Свят осторожно взял Варну на руки и положил на кровать. Поправил подушку под головой, посмотрел в окно, а потом снова перевел взгляд на нее. Сел рядом, провел ладонью по ее щеке.

– Найди меня. – Он пальцами перебирал ее волосы. – Я приму от тебя Черную Карту. А сейчас я должен уйти.

Свят встал, двумя шагами пересек комнату, но вдруг развернулся на каблуках, снова подошел, наклонился к ней и сказал:

– Ты свободна. А это, – он снял с пояса серп и положил его на стол, – передай ему.

Свят вышел из комнаты.

Недвижимая, Варна попыталась сморгнуть наваждение, но сознание ускользало, ее затягивало в темный водоворот."

"За окном кто-то закричал, а потом она услышала, как в воздух поднялись птицы, – они яростно хлопали крыльями, галдели и, кажется, улетали прочь.

– Свят!

Она резко села, кровь ударила в голову. Выругалась сквозь зубы, сжала виски ладонями, пытаясь унять распирающую боль.

Ей снилась огромная черная туча, поглощающая небо и землю. Эта туча ползла вперед и становилась все больше, в клубящемся мраке сверкали молнии, воздух был тяжелым и влажным. И шло за этой тучей племя тварей невиданных, да таких, что колядские выродки с ними даже рядом не стояли.

– Это не твоя комната.

Варна окинула взглядом тучную тетку. Не будь охотнице так плохо, затеяла бы ссору, но не до того сейчас.

– Дверью ошиблась, – буркнула она и с трудом поднялась с постели.

– Пить меньше надо, – заявила тетка.

– Тебя забыла спросить, – огрызнулась Варна.

Она забрала серп и вывалилась в коридор.

Он опоил ее вчера, опоил и снова бросил. Что за проклятая сила заставляет Свята снова и снова идти на сговор с ведьмами?! Выбирая между разящей дланью Света и предводителем нечисти, он, кажется, определился.

«В твоем пиве была ее кровь», – сказал он.

Варна оттянула ворот рубахи – черных прожилок вен на груди и шее как не бывало.

С каких пор Свят ставил чьи-то интересы выше собственных? На что ему пришлось пойти, чтобы получить чудодейственное варево от Рославы? И что самое интересное, где они успели встретиться?

Уходя, он сказал, что она свободна. От чего, хотелось бы знать.

В душе бурлило больше гнева, чем боли.