Двенадцать дней Коляды

Я сам сглупил и… Что?

– У меня личный лекарь. – Владлен широко улыбнулся. – Жить ты будешь долго, теперь я могу уговорить Рыжа остаться в Клюковке и отправиться в вольное плавание. Будем охотиться вместе, а может… Может, вообще уедем из безымянных земель! Мир посмотрим.

– Я буду охотиться на людей, – тихо сказал Лука. – Понимаешь? Как охотник Мрачного Взвода ты должен убить меня.

– Хватит тебе. – Владлен устало махнул рукой и растянулся на подстилке. – Ты знаешь, что не убью. И Святому Полку тоже не сдам. К тому же ближайшие годы ты будешь охотиться только на меня, а я хитер и быстр, вон как удачно тебя утопил прошлой ночью.

– И сам погибнуть мог.

– Но не погиб, так что поблагодарим старых и новых богов за это чудесное спасение.

На ветке, прямо над шалашом, сидел златокудрый мальчишка. Услышав последние слова Владлена, он рассмеялся – смех его звучал как пение соловья. И пусть на улице стояла зима, пусть он до костей продрог, вытаскивая незадачливого охотника из сугроба, на душе у него цвела весна.

– Расплавь пули, притупи ножи, – горячо зашептал божок, – измочаль дубины, напусти страх на зверя, человека и гада, чтобы они серого волка не брали и теплой бы шкуры с него не драли. Слово мое крепко, крепче сна и силы богатырской.

Старые боги обожали шалости, а Лель – больше всех.

Глава 20. Радомила

«Не уберегла, не уберегла, не уберегла».

Она стояла и смотрела, как могильщики засыпают мальчишку землей, нутро сжималось от обиды.

Столько вынесли, столько преодолели, боролись за него до последнего, а он… Нужно было следить за ним, ни на шаг не отходить, но кто мог знать, что такие темные мысли в его голове поселились?

Ждан сказал, что был к этому готов, а вот она не была. Да, обошлись с ним бесчеловечно, покалечили страшно, но ведь мог жить дальше, чего он лишился? Возможности с бабами спать? Невелика потеря! Странные мужики, очень странные, хрен для них ценнее жизни, получается?

– Нам ехать нужно.

Мальчишка этот, Дарий, солнце ясное, а не парень, был бы жив, цены бы ему не было. Но вид его отвращает, правду сказать. Самое страшное – глаза белесые, под ними тени залегли, кожа на скулах так натянута, будто вот-вот порвется. У иного заложного взгляд живее, чем у него.

Странно все-таки, чего только на свете не бывает. Вот мертвец, который людей убивать не пытается, разумный, рассудительный, а есть живые, которые ведут себя как дикие упыри. Одна из таких в доме лежит, в потолок смотрит.

– Куда на этот раз? – Неосознанно Радомила потянулась к Дарию, стряхнула с его плеч снег. – Ворона получили?

– Свои дела решить нужно, – уклончиво ответил он. – К Ясностану поедем, а там… как пойдет.

– Через пару дней и мы уедем. Нужно отвезти Диву туда, где о ней позаботятся.