Две стороны одной медали

Мы оказались в ситуации, когда хватались за все, брали любую работу, и не зря, ведь зрители тоже не приходят из ниоткуда и их симпатию и любовь надо завоевывать. И тут после бесконечных переездов это среднегорье и дождь, после выступлений с лучшими фигуристами мы вернулись на каток к рутинной работе. Опять приходилось вариться в этом котле. Все это угнетало.

Мои порывы гасила Саша, которая поехала со мной, – мы вообще приехали все вместе, давно не виделись, и это была возможность побыть вместе. Таня со Стасом, я с Сашей, наши собаки. Саша там занималась растяжкой, воздушной акробатикой и каталась с молодыми ребятами.

Иногда Саша ревновала. Причем ревновала еще до этой поездки, все-таки мы с Таней проводили очень много времени вместе, гуляли, ходили, накапливали впечатления. А когда я возвращался, то был под колпаком. Я не мог один пойти с друзьями выпить пива. Я должен был ждать Сашу. Сейчас понимаю, что мы подстраивались друг под друга, но так невозможно жить постоянно. Это не есть путь к счастью. Конечно, Саша была самым близким мне человеком, мы были вместе, вместе переехали. Я всем делился с ней. Она понимала, какие надежды у меня связаны с Таней. Но ей было, наверно, тяжело меня слушать – столько лестных слов о другой женщине. Для меня это было нормально, так как мы партнеры, а Саша меня не понимала, потому что никогда не каталась в паре. В тот момент у нас уже был затяжной кризис отношений. Мы очень долго пытались спасти их, и счастливыми нас можно было назвать с натяжкой, хоть мы и работали над собой.

Стас, который был не только нашим тренером, но и молодым человеком Тани, вел себя крайне странно с самых первых дней в Москве. Его поведение мне казалось не подходящим под описание отношений между мужчиной и женщиной. По ним с Таней вообще нельзя было сказать, что они вместе. Когда я приезжал еще только пробоваться, мы пошли в кино. С нами был еще Владислав Жовнирский, лучший друг Стаса, бывший ученик Мозер, ныне тренер Ксении Столбовой – Федора Климова. Мы у него первое время жили. В Питере я привык брать билеты на последний ряд, потому что сидишь, сзади никого нет, не мешает никто, ногами не толкает. Стас берет предпоследний. Ну, я думал, с расчетом на то, что мы туда с Владом сядем, а они вдвоем на места для поцелуев. Они взяли по пиву, мы с Таней поп-корн. И вдруг Стас говорит, чтобы мы с Таней садились сзади, а они с Владом вместе впереди и пива попьют. Для меня это было удивительно. Позже мне казалось, что я больший парень Тане, чем Стас. Не знаю, в чем было дело, может быть, разница в возрасте, – не совпадали в интересах…

Помимо всего, мы подписались на еще одно шоу в Корее, куда надо было лететь прямо из Италии, перед возвращением в Москву.