Две стороны одной медали

Но, слава богу, никто не увидел, и уже после окончания, кланяясь в пояс, я ее поднял. Так что в личном турнире мы проверили все пуговицы и элементы. На всякий случай."

"Кстати, о немцах. Уже понимая, что на Олимпиаде они будут нас прессовать снова, мы заранее договорились с нашей сборной по шорт-треку, что будем переодеваться в их раздевалке. У нас все равно были соревнования в разное время, так что ребята нам разрешили. Немцы, узнав об этом, тут же начали требовать себе отдельную раздевалку. Им сказали, что если их шорт-трекисты разрешат им переодеваться у себя, то ради бога. В результате они остались в общей.

С выходом на лед и его очередностью мы тоже их поставили на место. Наши противники не катались в командном турнире – может быть, экономили силы, не знаю. Но мы уже знали, поскольку начали свои выступления раньше, что из-за ТВ-трансляций была введена система, чтобы все на разминку выходили по своим стартовым номерам. Я отдельно подошел к распорядителю на катке Оле Кожемякиной и спросил, касается ли это всех? И если да, то, может быть, тогда на наших соревнованиях Алена Савченко не будет выходить на разминку первой, расталкивая всех локтями. Если для телевидения это важно, то пусть правило применяется для всех. На весь прессинг ранее мы ответили своим. Алена, конечно, все равно пыталась первой встать, но ее осадили.

По короткой немцы были 2-е, Столбова – Климов на 3-й позиции, китайцы 4-е. Мы выходили на произвольную спокойными, знали каток, знали, что можем сделать. У нас был шанс взять олимпийское золото в личном зачете. Я никогда не хотел стать олимпийским чемпионом для себя. Впервые приехав на Олимпиаду, я мечтал, чтобы отец через меня получил свою медаль. В этот раз я хотел сделать это для Тани, зная, что человек, которого я люблю, мечтает победить.

Мы вышли. Начали свой прокат. Спокойно, сдержанно, почти без эмоций. Все жесты отработаны, все элементы на автопилоте, один за другим – нам просто нужно сохранить преимущество, которое у нас есть после короткой. И тут у Тани разваливается прическа. Я не отвлекаюсь: главное, чтобы не упало ничего на лед. Таня, вроде так и задумано, трогает себя за волосы прямо во время катания, пытается что-то сделать, закрепить шпильки, я – спокойный как мамонт. Из координационных элементов в программе остается 2 выброса, мы их не срывали, но тут Таня немного задевает лед рукой, меня и это не выключает. В голове – математические подсчеты. Тут минус, тут плюс. Дышим, спокойно заканчиваем.

Сальхов – только не падение, тогда чемпионы. Таня летит хорошо, приземляется и выезжает. У меня в голове – мои кумиры, вспоминаю, как Елена Бережная так же выезжала с сальхова, как Таня сейчас.

Остается полторы минуты до конца программы. Ощущение, что вечность.