Две руки потентата (СИ)

А он сейчас получат приказ с двумя «иноками» атаковать броненосные крейсера Камимуры — все идет по плану…

— «Цесаревич» выходит из линии… Да хрена, флагман вываливается, лег на циркуляцию — руль заклинило!

Михеев выругался — а Андрей Андреевич с ужасом смотрел, как Макаров на «Цесаревиче» действительно вываливается из боя, направляясь в сторону неприятеля. И в полном обалдении прошептал:

— Не дай бог как 28 июля…

«Цесаревич» сделал полный круг, и пошел на следующий, но уже вкось — корабль выходил из линии, направляясь к северу. Было видно, что на броненосце сумели перейти на управление машинами, так как руль видимо, заклинило. Подобное произошло в реальной истории с «Рюриком» в бою при Ульсане, но чтобы японцы смогли снова так повредить великолепно забронированный корабль, в голове не укладывалось.

— Ваше превосходительство, на «Цесаревиче» поднят сигнал — «адмирал передает командование»!

Голос флаг-офицера чуть дрогнул, но Старк все же справился с волнением. Андрей Андреевич стянул нервы в узел — привыкнув «отсиживаться» за спиной адмирала, он осознал, что наступил самый настоящий пи…ец — он был старшим флагманом на эскадре, причем Безобразов являлся лишь третьим на этот пост. Про Ухтомского, Иессена и Матусевича и говорить не приходится — они только контр-адмиралы, и обязаны выполнять его приказы. Одна надежда — Макаров всех приучал к самостоятельности, и проявления инициативы просто приветствовал, и этот подход много раз уже выручал. А потому Вирениус решился и глухо произнес:

— Принимаю командование эскадрой на себя! Поднять о том сигнал! 'Буракову оповестить корабли, передать по радио…

Андрей Андреевич остановился, тщательно размышляя, что он может сделать. Решение напрашивалось по себе — если механизм отлажен и работает, то на хрен нужно вносить в него изменения. Так выходило, что за него всегда воевали другие и побеждали при этом — главное тут не мешать заниматься тем, что давно умеют.

И заговорил негромко, не повышая голоса:

— «Действовать по плану». «Петропавловску» идти головным, мателоты «Полтава» и «Ретвизан»! Я с «пересветами» иду вторым отрядом, ведем бой как вели, на сближение с противником. Цель первого отряда «Фудзи», мы продолжаем стрелять по «Касуге». Запросить флагман, узнать, что с адмиралом, способен ли сражаться «Цесаревич». Если нет, пусть выходит из боя, в охранении будет «Алмаз».

Вирениус говорил твердо, хотя прекрасно понимал, что смалодушничал, подставляя Ухтомского под град двенадцатидюймовых снарядов. Сам он великолепно помнил, что броня рубки «Осляби» шесть дюймов, и подставляться не хотел категорически.