Две руки потентата (СИ)

Ты ему пристанище дал — усадьбу построит в Корее, замок во Франции прикупит — вот и получит «землю обетованную».

Вирениус усмехнулся, глаза сузились. Он никогда не думал, что за это время настолько изменится характером, станет жестоким — лицезрение смерти не в виде пистолета или ружья, а жерла двенадцатидюймового орудия от многих иллюзий освобождает, и нрав мягким отнюдь не делает. Тут все с точностью наоборот происходит.

А вот он сам так моряком и останется, уже вроде сакральной фигуры — якобы благосклонность Фортуны притягивает, вроде амулета при Степане Осиповиче. Причем ни обиды, не ревности Макаров не проявляет, хотя за победу получил золотое оружие с бриллиантами и адмиральский чин, а Вирениусу дал государь-батюшка белый крест на шею. Эфемерные у него заслуги, странные — пользы не приносит, знаний нет, но наградами осыпают.

Хотя многого добился по своей прежней профессии — хоть и варварские методы лечения той же гонореи ввел, на основе военных «сороковых», со смертностью в два-три процента, но весьма эффективные. Кто из солдат и матросов уже их перенес, в будущем по борделям без «резиновых изделий» ходить не будут. Мазь Вишневского на двадцать лет раньше появилась, только теперь будет носить имя Бунге — тот буквально не спал и не ел, подбирая компоненты эмпирическим путем. И над пенициллином работает также вдохновленно — года через три создаст первый образец, фанатики упорством завсегда отличаются. Умница Александр Александрович — проверил его компетенцию, ошарашен был изрядно и озадачен, когда тайну знаний узнал, но молчит и будет молчать намертво, от вознаграждения категорически отказался, все патентные перечисления на строительство больниц и научные разработки переводить будет. А список их изрядный получился — и все необходимы в это время до крайности…

— Иная война пошла, теперь мы в роли японцев, а самураи только отбиваются. Вот что численный перевес делает, если командные головы решительные и не дурные. В таком случае любое качество можно рано или поздно количеством перешибить. С «Ясимой» уже покончено — зря только Макаров добивать ее пошел — и без него бы справились.

Вирениус посмотрел на вражеский броненосец, что представлял собой полуразрушенную мишень, со сбитыми трубами, мачтами и мостиками. Теперь угроза, что японцы его смогут как-то отремонтировать, чтобы перевести в Сасебо на восстановление, полностью исключена. По крайней мере, до окончания войны и заключения мира, и то ремонт вложенных денег не будет стоить, дешевле выйдет новый броненосец заказать.

— Ваше превосходительство, «Ретвизан» отходит, за ним «Полтава», обстрел прекращен, — последовал доклад, хотя Вирениус сам все хорошо видел.