Две половинки

 – Мы говорим о живой женщине, а не о предмете мебели! Живой! Со своими привычками, характером, комплексами, болячками, переживаниями, требованиями, трудностями! Ты не забыл, что это такое?

– Я не собираюсь жениться, что ты разошлась? – остудил ее возмущение Степан.

– А почему? – искренне и серьезно спросила Анька.

– Я уже был женат, если помнишь, мне хватило! – недовольно огрызнулся Степан.

– Да не был ты женат! – громко воскликнула Аня.

Некоторые посетители с любопытством посмотрели на их столик, ничего интересного не последовало, и любопытствующие вернулись к своим тарелкам. А Степан взглянул на сестру, удивленно подняв брови, огорошенный странным заявлением.

– Вы женились во сколько? В двадцать три? – почему-то зло говорила она. – А на фига? Ладно бы по залету, вынужденно семью создавали. Даже я, малолетка, тогда понимала, что не такая у вас безумная любовь, что вы друг без друга жить не можете! А так вы решили узаконить занятия сексом, переквалифицировав их в поощряемое государством размножение! И женились-то потому, что была бабушкина квартира! Вот если б перед вами маячила перспектива жить либо с ее родителями, либо с нашими, и со мной в придачу, вы бы поженились?

Она кипела негодованием, его младшая сестренка, понимавшая и чувствовавшая больше его, старшего брата, что-то такое про жизнь и про самого Степана.

«Женились бы? – задумался он и сделал открытие: – Вряд ли! Да, вряд ли! Действительно, не такая уж безумная любовь у нас была, что мы дня друг без друга прожить не могли, и все равно где жить, лишь бы вместе! Права, Анька, вряд ли женились бы!»

А сестрица его размышления и выводы прочла с его лица, как с листа текст."

"– Вот именно! – тем же недовольным тоном, с напором, сказала она. – Вот ты сейчас, с высоты своего возраста, понимаешь, что двадцать три – это детский сад, подростковая группа? Время было совсем другое, и может, что у вас и получилось бы, если бы все оставалось как раньше – карьеры, зарплаты, уважение к врачам. А как бабахнуло, два перепуганных ребенка кинулись друг к другу с требованием: «Ты меня должен успокоить, поддержать, помочь!» – «Нет, ты меня! Чего тебя успокаивать!» Ты знаешь, почему вы ребенка не родили?

– Видимо, ты знаешь лучше, – давно перестав есть, внимательно слушал ее Степан, тихо заводясь.