Две полоски. Двойная ошибка

– Давай, давай, открой рот, возьми его.

Это точно все сейчас происходит со мной? Или это кадры какого-то очень, сука, откровенного порно-ролика, как растлевают непутевую проститутку?

Я слушаюсь его, прикрываю глаза, отпуская себя, отдаюсь двум незнакомым мужчинам. Моя «Смерть в полдень» наступает именно сейчас, голова идет кругом, они двигаются во мне одновременно, Марк гладит по спине, тот, кого он называет странным прозвищем Шах, наматывает мои волосы на кулак. Он наклоняет мою голову, проникая очень глубоко.

Солоноватый вкус, гладкая кожа, член проникает до самой гортани, с трудом помещаясь во мне наполовину. Внутри все горит, мышцы выворачивает, толчки внутри меня становятся более яростными. Меня сейчас именно трахают, как это делают голодные мужики. Но боль сменяется удовольствием, не понимаю, в какой момент срываюсь на крик, хочу соскочить с него, но мне не дают, удерживая, прижимая плотнее.

Я задыхаюсь, но уже от слез и эмоций, тело колотит в параличе удовольствия, не могу разобрать ни слова, хочу оттолкнуть Марка, но получается, что прижимаюсь к груди Шаха, царапая его кожу. А он, опустив руку, трогает меня между ног, ухватив и передавив шею пальцами.

– Какая хорошая девочка, да, мышка, сожми меня сильнее.

– Не могу… не могу больше… не надо.

– Надо, надо, мы ведь только начали.

Это Шахов, он говорит в губы, хватка на шее слабеет, теперь он проникает в рот пальцем. В полумраке спальни я вижу, как пульсирует вена на его виске, как он плотно сжимает челюсти, а мне становится страшно.

Нет, не потому, что меня могут убить или покалечить, не потому, что мой обман откроется, этим мужикам все это не нужно. В его глазах голод, голод зверя, и его надо утолить. А я боюсь, что все, что будет в следующие несколько часов, может мне понравиться.

– Да, а потом ты нам все расскажешь, зачем пришла и кто тебя подослал. Кому мне ломать хребет. Расскажешь все по списку и назовешь фамилии по алфавиту.

Не могу ничего ответить, во мне все еще член Марка, он начинает двигаться снова, входить глубоко, до боли, насаживая на всю свою длину. Он, обняв за талию, покусывает плечо, я перестаю дышать, чувствуя силу, власть, что исходит от мужчины, смотрящего в мои глаза.

Это все происходит не со мной.

Но все дальнейшее сопровождается моими криками, стонами, всхлипами. Меня берут, имеют, грубо, жестко, терзая плоть и растлевая душу, меняя позы, растягивая рот и влагалище членами. Тело горит, принимает все, что ему дают, в какой-то момент кто-то из мужчин растягивает попку, проникая в нее пальцами.

Сквозь помутневшее сознание вижу, как Шахов раскатывает по члену презерватив, развернув меня к себе спиной, шлепает по попке, заставляя прогнуться, оседлать Марка. Сама насаживаюсь киской на его член, позволяя войти другому в анус.