Две могилы

78

Пендергаст увидел, что лодка сделала крутой вираж в ту сторону, куда он сам собирался плыть. Он тут же изменил решение и, задержав дыхание, заскользил под водой в другом направлении. Но Альбан притормозил и снова поменял курс, словно читая его мысли.

Читая мысли? Эта идея казалась нелепой… но чтобы объяснить необычные факты, нужно рассматривать и необычные гипотезы. Пендергаст чувствовал, что стоит на пороге открытия. Все нити сплетались в единый узор: необъяснимый характер нью-йоркских убийств; недавняя охота в тоннеле, когда Альбан удивительным образом предугадывал каждый ход беглецов; та гордость, с которой он отозвался о способностях отца; его абсолютная уверенность в том, что Пендергаст не сможет убежать. И наконец, странная цитата из Ницше.

Все это выходило за привычные рамки и выглядело так, будто бы Альбан действительно может читать чужие мысли.

Пендергасту необходим был глоток воздуха. Немедленно. Он вынырнул на поверхность и торопливо вдохнул. Потом осмотрелся и увидел, как Альбан разворачивает лодку на большом расстоянии от него. На лице сына явно читалось удивление или даже испуг.

Нет, он не умел читать мысли. Тут что-то другое. Пендергаст вспомнил, что говорила об Альбане Констанс: некое шестое чувство или, может быть, расширенные возможности одного из пяти известных. Слова Ницше, процитированные сыном, снова прозвучали в его голове — раз, другой. Что они могли означать?

Он нырнул на глубину около трех футов и умышленно поплыл в сторону от берега. Лодка над ним сделала еще один вираж — рев мотора ударил по ушам Пендергаста — и направилась к тому месту, где он должен был всплыть, чтобы набрать в легкие воздуха. Да, именно там он и собирался вынырнуть.

Нет, тут дело не в телепатии. Альбан не мог читать мысли других людей. У него была какая-то иная способность. Что-то большее, чем это, и одновременно — меньшее.

Пендергаст мгновенно изменил решение и показался над водой намного раньше, чем было необходимо. Альбан находился в двадцати футах от него и опять с удивленным видом развернул лодку и надавил на газ. Пендергаст подпустил его ближе, нырнул, пропуская над собой, развернулся в воде и рванулся вверх, зажав в руке немецкий нож. Он с силой воткнул лезвие в днище лодки, расколов тонкое стекловолокно и успев провернуть нож до того, как мчащаяся вперед лодка вырвала оружие у него из руки. Винт прошел всего в нескольких дюймах над головой Пендергаста, обдав его мощной струей воды и жужжа, словно гигантская оса.

Агент вынырнул позади лодки, вдохнул раз, другой, а затем с сумасшедшей скоростью рванул к берегу. Альбану понадобится несколько минут, чтобы справиться с пробоиной, а он сам уже приблизился к береговой отмели, всего лишь в двухстах ярдах от зарослей тростника и камыша.