Две гордости или в космосе, всё, как у людей (СИ)

Яркие голубые глаза вытаращились на меня. При этом, он помнил, что явился по приказу капитана и стоял на вытяжку. Я заметила, как Ронана Бирн спрятал улыбку за кашлем и, сурово сдвинув брови, строго обратился к нему:

Я попрощалась с капитаном, горячо поблагодарила его за поддержку, и мы с Максом (хорошо, что можно сократить) отправились на моё новое место жительства.

Макс весь извертелся, пока вёл меня. Ему было ужасно любопытно, но он шёл впереди, показывая дорогу, и не мог как следует меня рассмотреть. Этот инопланетный ребёнок был по возрасту почти как моя дочь. Сердце болезненно сжалось. Как я не гнала воспоминания, они всё равно возвращались. Умом я понимала, что возврата к прошлой жизни уже не будет, но вот сердце, так и не смирилось. Алька так хотела, чтобы я от неё отстала! И вот, теперь уж точно отстану... Так, опять расклеилась. Надо прекращать эти розовые сопли. Сейчас я совсем одна, на другом конце галактики и проблема у меня галактического размаха. В сорок лет мне приходится начинать жизнь с нуля не в чужой стране, а в чужом мире, и только от меня будет зависеть как она сложится. Главное, не повторять прошлых ошибок. А то взяли моду: киндер, кюхе, кирхе. Надо подумать над тем, чем я могла бы заняться. Ведь, всё-таки, я училась в техническом универе, где меня научили самому главному — умению самообучаться!

Я особо не глазела по сторонам, погрузившись в свои мысли. Рассмотреть корабль я ещё успею — не на один день зашла. Макс подвёл меня к двери в каюту:

Мы вошли внутрь. Каюта состояла из одного помещения, разделённого на зоны: для сна, для работы и санблок. Все стены были отделаны каким-то прорезиненным материалом. Он был приятный на ощупь и выдержан в серо-сиреневой гамме. В целом, атмосфера была очень спокойной. Оживлял картину иллюминатор. Я, как ребёнок, сразу рванула к нему, ведь одно дело знать, что вроде, как ты в космосе и совсем другое — видеть. Я всегда знала, что на свете есть три вещи, на которые я могу смотреть бесконечно: текущая вода, огонь и звёздное небо. И если с водой или огнём проблем не было, то увидеть в наших высоких широтах, да вблизи мегаполиса, да при нашем климате красивое звёздное небо почти невозможно. А тут вот оно! Макс, наверное, смотрел на меня, как на дикую и отсталую особь.

После ухода Надин, Ронан Бирн немедленно вызвал Адена. Он решил, что воспитательную трёпку щенок получит оперативно. Когда Аден явился, то получил такую взбучку, какой не видел со времён своего подросткового щенячьего бунта. Ронан не жалел его самолюбия и не выбирал выражений. С капитанского мостика Аден вылетел взъерошенный, с прижатыми к голове ушами и с желанием завыть от досады и злости. В отношении него, Ронан ещё ни разу не применял силу альфы. Для Адена это оказалось весьма болезненно.