Дважды в одну и ту же реку не войти

Все же пятьсот рублей были приличные деньги для нашего бюджета. Особенно за такую рухлядь. Я еще не заглядывал в моторный отсек, но пока машину стаскивали на землю, успел заметить, что от порогов остались один воспоминания. Левая передняя дверь с разбитым окном, выгнутая от удара. Передние крылья снизу проржавели насквозь.

— Хм, ему же не может быть больше шести лет? –думал я, — что же с ним творили, чтобы довести до такого состояния. Ну, блин, тут с одним кузовом возни будет! Умереть и не жить.

Глянув на все еще багрового батю, я предложил:

— Папа, давай скажем маме, что это была моя инициатива, типа я услышал, что у вас продается списанный Москвич, и уговорил тебя, его купить.

Отец, вытирая пот с лица, сообщил:

— Ну, я, в общем, на тебя и рассчитывал, когда покупал это утильсырье. Я ведь не один ездил машину смотреть, Валентиныча взял с собой. Тот бил себя кулаком в грудь, кричал, что все сделает, автомобиль, как игрушка будет. А если ты ему поможешь, то до зимы закончим все дела.

Я устало вздохнул."

"— Папа, ты, где его планируешь восстанавливать, в нашем сарае? Так, если мы его туда затащим, сами уже зайти не сможем. А как мы там варить будем. Ты с чайником и огнетушителем будешь стоять целый день? Ладно, давай рассчитывайся с мужиками, уберем все, что можно в сарай. А я завтра, съезжу кое-куда и попытаюсь договориться насчет бокса.

И если получиться, не говори маме, сколько денег потратил. Хочется вечер прожить спокойно.

Конечно, ничего отец скрыть от маман не сумел. Та быстро вытянула из него, сколько денег, по ее мнению, выкинуто на ветер и начала подсчитывать, сколько еще уйдет на ремонт. Так же не прошла наша попытка спихнуть все произошедшее на меня. Домашняя следовательница быстро вычислила виноватого и теперь привлекала меня в качестве эксперта, чтобы доказать всю пагубность батиного поступка. Пришлось клятвенно заверять, что не пройдет и двух месяцев, как машина будет на ходу и первым пассажиром в ней будет мама.

Удалившись к себе в комнату, я сел на кровать и взявшись за голову, задумался.

Похоже, попал я капитально.

Мою работу никто не отменял, через день, я должен, как штык находиться в баре с шести вечера до двух ночи. Через неделю оканчиваются подготовительные курсы, а еще спустя два дня начинаются вступительные экзамены. И вот, теперь единственный месяц — август, в котором я рассчитывал слегка расслабиться, пропал. Весь август придется в свободное время заниматься машиной. От отца все равно никакой помощи не дождешься.

Что будет в сентябре непонятно, но думаю, что мой куратор найдет способ освободить меня от поездки в совхоз. Все же я ему больше нужен в другом месте. Если так получится- отлично, возможно, тогда удастся закончить ремонт Москвича.