Дважды два

– Погоди минутку, – попросил я и вышел из кухни в гостиную. – А как же за голубикой на ферму?

– Даже не знаю, успеем ли мы.

– Но ты ведь обещала Лондон.

– Я присутствовал при этом, Вив, и все слышал. Да еще прикрывал тебя вчера вечером.

Я рассказал, что случилось накануне вечером.

– Хуже некуда, – отреагировала она. – Не надо было ей напоминать.

– Хочешь сказать, это я во всем виноват?

– Теперь она еще больше расстроится.

– Потому что ты обещала ей.

– Что я должен ей объяснить?

– Только не надо говорить со мной таким тоном. Не я устраиваю этот обед. Я здесь потому, что так пожелал Уолтер, на кону огромные деньги.

– У Спаннермена и без того куча денег. Он же миллиардер.

Я услышал ее протяжный усталый вздох.

– Я ведь объяснила тебе, – нервно продолжала она, – может быть, я еще успею. Если обед не состоится, я вернусь домой к часу. Через час или два буду знать точно.

– Ладно. Сообщи мне.

Я решил ничего не говорить Лондон, пока не буду знать точно, и она вышла следом за мной из дома, наблюдая, как я готовлюсь к прогулке. Велосипед был весь в пыли, поэтому я вынес шланг и окатил его, а затем вытер насухо салфетками, подкачал шины и убедился, что они не спускают. Потом пришлось искать гаечный ключ – как инструменты умудряются исчезать бесследно? – и отвинчивать страховочные колеса. Лондон немного подросла, поэтому я поднял сиденье и руль, а когда все было готово, она вышла со мной на улицу и уселась в седло.

– Помнишь, что надо делать? – спросил я, поправляя на ней шлем.

– Крутить педали, – ответила она. – Только ты держи меня, не отпускай, ладно?

– Не отпущу, пока ты сама не скажешь.

Лондон нажала на педаль и покатилась, вихляя из стороны в сторону, а я придерживал ее за седло и трусцой бежал следом. Вскоре мое дыхание стало хриплым, со лба закапал пот. Затем заструился ручьем. Мы прокатились туда-обратно столько раз, что сбились со счета, и наконец, когда я уже собирался попросить передышки, Лондон начала чувствовать себя увереннее, по крайней мере на прямых участках. Мало-помалу я смог разжать пальцы и теперь только слегка касался седла, чтобы снова схватиться за него, если Лондон начнет крениться вбок.

А потом отпустил ее.

Сначала ненадолго, всего на несколько секунд. И наконец, когда мне показалось, что она уже готова, я произнес как заклинание:

– А теперь отпускаю на секундочку.

– Ты сможешь! Попробуй! А я буду рядом и поймаю тебя!

Я отпустил ее, прибавил ходу и пару секунд бежал перед велосипедом, чтобы Лондон видела меня. На ее лице отразился испуг, и я тут же снова взялся за седло.

– Я ехала сама, папочка! – закричала она. – Ты меня не держал!

Я помог ей развернуться в тупике, где заканчивалась улица, а когда она восстановила равновесие, снова отпустил ее – на этот раз секунд на пять или шесть.